Видео: Натан Щаранский — «Украина сегодня превращается, возможно, в одну из величайших наций Европы и в «щит Европы»»

«И вот я хочу сказать украинскому народу, которому сейчас так тяжело, но каждый день вашей борьбы вы свободные люди, и вы живёте полноценной жизнью, а которое очень важно, конечно, победить, но как бы тяжела эту жизнь не было, жизнь в добровольном присоединении к России будет гораздо хуже.»

Израильский политик и правозащитник Натан Щаранский считает, что война России против Украины может приближаться к переломному моменту, а затяжные боевые действия постепенно превращаются в угрозу уже для самого режима путина. Об этом бывший советский диссидент, который лично встречался с российским президентом, рассказал в большом интервью Радио Свобода, опубликованном 6 сентября 2026 года.

Автор: Редакция НАновости

В разговоре с Оксаной Максимлюк Щаранский говорил не только о России и возможном завершении войны. Отдельная часть интервью посвящена отношениям Израиля и Украины, военному сотрудничеству, украинским дронам, противоракетной обороне, выборам во время войны и тому, чему две страны сегодня могут научиться друг у друга.

НАновости — Новости Израиля собрали главные тезисы этого разговора. Полное интервью продолжительностью более 50 минут можно посмотреть ниже.

https://www.youtube.com/watch?v=ci4DKDwnLG4

Щаранский: война ослабляет путина как диктатора

Один из центральных тезисов интервью касается состояния российского режима.

Щаранский считает, что продолжение войны разрушает тот образ путина, на котором много лет держалась значительная часть российской политической системы: образ сильного руководителя, способного гарантировать элитам безопасность и доступ к ресурсам.

По его словам, в начале войны представители военных и экономических элит могли рассуждать примерно так: нравится им путин или нет, но он остается сильным лидером, поэтому выгоднее находиться под его защитой.

Теперь ситуация, считает Щаранский, постепенно меняется.

Чем дольше российская армия не может добиться поставленных целей в Украине, чем больше людей погибает и чем сильнее последствия войны ощущаются внутри России, тем больше оснований у элит сомневаться в способности путина контролировать ситуацию.

Щаранский связывает с этим и усиление внутренних репрессий.

По его логике, диктатор закручивает гайки не тогда, когда чувствует себя абсолютно уверенно, а когда ему требуется все больше контроля для сохранения системы.

«Слабый диктатор не может выжить», — сформулировал он свою оценку.

При этом Щаранский предполагает, что путин уже мог бы хотеть закончить войну, но ему необходим выход, который можно представить внутри России как результат, а не поражение. Поэтому возможность сохранения за Россией части оккупированной украинской территории остается для Кремля принципиальным вопросом.

«Мы, скорее всего, в последнем году войны»

Самое заметное заявление прозвучало, когда Щаранского спросили, сколько еще российские элиты могут терпеть происходящее — речь идет о месяцах, нескольких годах или гораздо более длительном периоде.

Он сначала ответил, что впереди осталось «намного меньше, чем прошло», после чего сделал более конкретное предположение:

«Я думаю, что мы, скорее всего, находимся в последнем году войны».

Однако сам Щаранский сразу ограничил категоричность этого прогноза, добавив, что это могут быть его «благие пожелания».

Поэтому речь не идет о конкретной дате окончания войны или информации о готовящемся соглашении. Это политическая оценка Щаранского, основанная прежде всего на его представлении о внутреннем ослаблении российского режима.

Для него ключевым фактором остается способность Украины продолжать сопротивление. Чем дольше российское руководство не получает результата, считает он, тем серьезнее становится давление на систему изнутри.

Почему всеобщая мобилизация может стать проблемой для Кремля

Еще один отдельный блок разговора — возможная новая мобилизация в России.

Щаранский считает показательным уже то, что Кремль до сих пор предпочитал различные формы скрытого набора людей всеобщей мобилизации.

По его мнению, путин давно мог бы объявить более масштабный призыв, если бы не опасался реакции российского общества.

Значительная часть населения может дистанцироваться от войны, пока непосредственно воюет кто-то другой: контрактники, заключенные или жители отдаленных регионов. Совсем другой эффект возникает, когда государство требует отправляться на фронт непосредственно от человека или членов его семьи.

Поэтому расширение мобилизации, считает Щаранский, способно серьезно изменить внутреннюю ситуацию.

Он предполагает, что Кремль продолжит прежде всего расширять скрытую мобилизацию.

Одновременно Щаранский предупреждает, что поведение ослабевающего режима становится менее предсказуемым. Говоря о путине, он использовал определение «раненый зверь», который способен зайти далеко.

Человек, который лично встречался с путиным

Особый вес этой части интервью придает биография самого Щаранского.

Он рассказал, что встречался с путиным несколько раз: еще в конце 1990-х, а затем уже после его прихода к президентской власти. Последняя такая встреча, по словам Щаранского, состоялась в 2005 году. После этого он решил, что продолжать подобные встречи для него уже «неприлично».

Щаранский утверждает, что первоначально для путина было чрезвычайно важно признание со стороны Запада. Россия должна была снова восприниматься как одна из великих держав, а самого российского руководителя должны были принимать на равных лидеры США и других западных стран.

Позже, по мнению Щаранского, произошел перелом.

путин понял, что демократические лидеры сменяют друг друга, тогда как он сам намерен оставаться у власти неопределенно долго. Тогда же, считает бывший израильский министр, у российского президента начала формироваться идея собственной исторической миссии.

И речь, по его мнению, идет не о восстановлении Советского Союза как коммунистического проекта.

Щаранский считает, что путину ближе идея Российской империи — государства, которое расширяет территорию и «собирает земли».

Именно через эту логику он рассматривает действия Москвы в Чечне, Грузии, Беларуси и Украине.

При этом полномасштабное вторжение, по мнению Щаранского, показало фундаментальный просчет Кремля. Путин недооценил сформировавшуюся украинскую нацию, переоценил российскую армию и не ожидал, что Запад окажет Украине настолько продолжительную поддержку.

Донецк Щаранского и путинский миф о «русских городах»

Тема Украины для Щаранского — не только внешняя политика.

Он родился в 1948 году в Сталино — нынешнем Донецке — и прожил там первые годы своей жизни.

Щаранский вспоминает преимущественно русскоязычный город, в котором украинский был вторым языком. Но именно поэтому он особенно резко отвергает используемый Кремлем тезис о том, что Донбасс якобы изначально является частью какой-то исключительно российской исторической территории.

По его словам, утверждения путинского режима о том, что украинской нации якобы не существовало, а города востока Украины являются «русскими», — это «ерунда».

Для Щаранского Донбасс является частью украинской истории.

После российской агрессии 2014 года изменилось и его личное отношение к Москве. Щаранский рассказал, что прежде у него были достаточно хорошие отношения с российским руководством, однако после начала войны путин в его глазах превратился в военного преступника.

Сам Щаранский, по его словам, с этого времени стал своего рода лоббистом интересов Украины в Израиле.

Израиль и Украина: уже не помощь одной стороны другой

Одна из наиболее интересных для израильской аудитории частей интервью касается будущего отношений двух стран.

Щаранский предлагает отказаться от представления, что сотрудничество должно выглядеть исключительно как помощь Израиля Украине.

За годы войны Украина сама превратилась в источник военного и технологического опыта, которым заинтересованы другие государства.

Щаранский отдельно отметил развитие украинских беспилотных технологий. Израиль, в свою очередь, обладает огромным опытом противодействия ракетным угрозам.

По его формуле, Украина чрезвычайно продвинулась в дронах, Израиль — в борьбе с баллистическими ракетами, поэтому двум странам есть что дать друг другу.

Причем, утверждает Щаранский, такое сотрудничество уже постепенно развивается.

Он отдельно оговорился: не все происходит публично.

Бывший израильский министр также признал, что прежняя осторожность Израиля в вопросе военной помощи Украине во многом была связана с Россией.

После появления российских военных сил в Сирии Израилю необходимо было регулярно действовать против иранской военной инфраструктуры, не вступая при этом в прямой конфликт с Москвой. Именно этим израильское руководство долго объясняло необходимость сохранять рабочие отношения с Кремлем.

Сам Щаранский теперь считает такую политику ошибочной.

Ситуация, по его мнению, принципиально изменилась еще и потому, что Россия и Иран превратились в тесных партнеров.

Он формулирует интерес двух стран предельно просто: Иран является главным врагом Израиля, Россия — главным врагом Украины, при этом Москва и Тегеран действуют вместе.

Это создает совершенно другую основу для израильско-украинского сотрудничества.

Что Щаранский сказал о Patriot

В интервью прозвучало и заявление о системах Patriot.

Щаранский утверждает, что американские комплексы, ранее находившиеся в Израиле, в итоге были переданы Украине через США.

Но главным ограничением сегодня он считает уже не столько количество самих установок, сколько нехватку боеприпасов к ним.

По его словам, ни Израиль, ни США ранее не рассчитывали на войны такой продолжительности и интенсивности.

Одновременно Украина, считает он, за время войны достигла такого технологического уровня в отдельных областях, что теперь уже и Израилю есть чему у нее учиться.

Выборы во время войны: почему Израиль и Украина находятся в разных условиях

Еще одна тема разговора — украинские выборы.

Щаранский напомнил, что Израиль практически никогда не отказывается от выборов из-за войны. Голосовать могут и военнослужащие, а размер страны позволяет технически организовать процесс даже в крайне сложных обстоятельствах.

Но напрямую переносить этот опыт на Украину он считает неправильным.

Часть украинской территории оккупирована. Миллионы граждан находятся за рубежом. Огромное количество людей служит в армии. В этих обстоятельствах организация полноценных выборов превращается не только в политическую, но и в огромную техническую и безопасностную проблему.

Поэтому Щаранский говорит, что понимает позицию Владимира Зеленского.

Однако существует и другая сторона проблемы: демократическое государство не может неопределенно долго существовать без выборов и политической подотчетности власти.

Поэтому любую настоящую паузу в войне, которая позволит провести голосование безопасно и полноценно, Щаранский считает важным использовать для выборов.

«Украина превращается в щит Европы»

В интервью Щаранский возвращается и к собственному диссидентскому прошлому.

В советских лагерях, вспоминает он, представители разных национальных движений — украинцы, евреи, литовцы, армяне — обсуждали возможный распад СССР.

По его словам, они были убеждены: если Украина станет независимой, Советский Союз уже невозможно будет сохранить.

Щаранский ожидал, что после получения независимости Украина быстро превратится в одну из важнейших европейских держав благодаря промышленному, научному и человеческому потенциалу. Реальность оказалась гораздо сложнее.

Но сегодня его оценка снова изменилась.

По словам бывшего советского диссидента, Украина во время этой войны фактически завершает процесс своего вхождения в свободный мир и одновременно становится его защитником.

Он сформулировал это особенно ярко:

Украина сегодня превращается, возможно, в одну из величайших наций Европы и в «щит Европы».

Именно поэтому финальная часть интервью — уже не столько о политике, сколько о свободе.

Щаранский вспоминает собственные девять лет в советских тюрьмах и лагерях. По его словам, в определенный момент он понял: если главной целью становится физическое выживание любой ценой, тюремщики получают над человеком полную власть.

Но если человек решает оставаться свободным независимо от обстоятельств, отнять эту свободу значительно труднее.

Эту мысль он адресовал и украинцам, уставшим после многих лет войны: каждый день сопротивления означает, что Украина продолжает существовать как свободная страна.

И именно это, возможно, является главным тезисом всего разговора Щаранского — гораздо более широким, чем любой прогноз о том, закончится ли война через несколько месяцев или через несколько лет.