Жаботинский и Петлюра: что произошло 4 сентября 1921 года на XII Сионистском конгрессе и зачем создавали еврейскую жандармерию для защиты евреев Украины

4 сентября 1921 года, в разгар XII Сионистского конгресса в Карлсбаде, Владимир Зеэв Жаботинский подписал соглашение о создании еврейской жандармерии в Украине. Симона Петлюры за столом переговоров не было: документ заключили Жаботинский и глава дипломатической миссии УНР в Чехословакии Максим Славинский. Проект предусматривал не участие евреев в войне против Красной армии, а вооружённую защиту еврейских общин от возможного повторения погромов.

Автор: Victoria Katsman

Фраза «Жаботинский подписал договор с Петлюрой» пережила сам документ и почти вытеснила его содержание. В ней сразу две проблемы. Жаботинский и Петлюра лично не встречались, а подписи Петлюры под соглашением нет. Однако из этого совершенно не следует, что соглашения не существовало: к осени 1921 года руководство Украинской Народной Республики уже действовало в эмиграции, а его официальный дипломат Максим Славинский вёл переговоры от имени украинской стороны.

Не менее важен момент, когда всё это происходило. 4 сентября в Карлсбаде шёл XII Сионистский конгресс — первый после Первой мировой войны и после Декларации Бальфура. Пока мировое сионистское руководство обсуждало будущее еврейского национального дома в Палестине, британский мандат, алию, землю, финансирование и отношения с арабским населением, Жаботинский параллельно занимался другой проблемой: безопасностью евреев Украины после нескольких лет массовых погромов.

Для НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency эта история интересна не как очередная попытка решить, был Петлюра «хорошим» или «плохим». Сохранившиеся документы позволяют задать более конкретные вопросы: что именно собирался создать Жаботинский, почему он не хотел оставлять безопасность евреев на уровне обещаний и почему его договорённость с представителем УНР вызвала тяжёлый конфликт внутри самого сионистского движения.

4 сентября 1921 года: четвёртый день XII Сионистского конгресса

Предыдущий Всемирный сионистский конгресс состоялся ещё в 1913 году. За последующие восемь лет закончилась Первая мировая война, рухнули Российская, Германская, Австро-Венгерская и Османская империи, Британия заняла Палестину, появилась Декларация Бальфура, а Восточная Европа прошла через революции, гражданские войны и массовое насилие.

XII Сионистский конгресс проходил с 1 по 14 сентября 1921 года в Карлсбаде, тогда Чехословакия, нынешних Карловых Варах в Чехии. По данным современных исследований, в нём участвовали около 540 делегатов из 42 стран, а кроме них в Карлсбад приехали примерно тысяча гостей.

Среди наиболее заметных участников были:

• Хаим Вейцман — один из главных лидеров сионистского движения, избранный на этом конгрессе президентом Всемирной сионистской организации;
• Нахум Соколов — председатель конгресса и один из ключевых представителей сионистской дипломатии;
• Менахем Усышкин — один из ведущих деятелей практического сионизма;
• Владимир Зеэв Жаботинский — делегат конгресса и будущий основатель ревизионистского сионизма;
• Артур Руппин — один из главных организаторов еврейского заселения Палестины;
• Хаим Нахман Бялик — крупнейший еврейский поэт;
• Мартин Бубер — философ и один из наиболее известных еврейских интеллектуалов своего времени;
• Ицхак Бен-Цви — будущий второй президент Израиля;
• Давид Елин — педагог, общественный деятель и один из лидеров еврейского ишува.

В Национальной библиотеке Израиля сохранился интересный фотоколлаж участников конгресса. На нём Вейцман обозначен под №1, Соколов — №2, Усышкин — №3, Руппин — №10, Жаботинский — №13, Бубер — №34, а Бен-Цви — №380.

Жаботинский в это время находился не на периферии сионистской политики. На XII Сионистском конгрессе его вновь избрали в Исполнительный комитет Всемирной сионистской организации. Поэтому переговоры со Славинским происходили в тот момент, когда сам Жаботинский входил в высшее руководство мирового сионистского движения.

Таким образом, когда 4 сентября обсуждалось соглашение о еврейской жандармерии в Украине, Жаботинский находился не на отдельной украинской конференции и не в тайной политической поездке. Он был в Карлсбаде среди руководителей мирового сионистского движения и участвовал в одном из главных еврейских политических событий того времени.

Жаботинский, Славинский, Петлюра и УНР: кто есть кто в этой истории

Кто такой Владимир Зеэв Жаботинский

Владимир Зеэв Жаботинский (1880–1940) — один из крупнейших лидеров сионистского движения первой половины XX века, журналист, писатель, переводчик, политик и идеолог еврейской самообороны. Он родился в Одессе, тогда Российской империи, сегодня Украины, учился праву в Италии и Швейцарии и ещё в молодости приобрёл известность как русскоязычный журналист и публицист.

Переломным для него стал Кишинёвский погром 1903 года. После него Жаботинский окончательно связал свою деятельность с сионизмом и организацией еврейской самообороны. В том же году он участвовал в VI Сионистском конгрессе — последнем конгрессе, на котором присутствовал Теодор Герцль. Жаботинский выступал за развитие иврита, создание еврейских национальных институтов и право евреев самим защищать свои общины.

Во время Первой мировой войны Жаботинский вместе с Иосифом Трумпельдором добивался создания еврейских воинских подразделений в составе британской армии. Так появился Еврейский легион. Сам Жаботинский служил в британской армии в звании лейтенанта и участвовал в военной кампании в Палестине против Османской империи.

В 1920 году во время арабских беспорядков в Иерусалиме Жаботинский участвовал в организации еврейской обороны. Британские власти арестовали его и приговорили к длительному заключению, однако после общественного давления он был амнистирован и освобождён из тюрьмы в Акко.

К моменту событий в Карлсбаде Жаботинский уже находился в самом центре сионистской политики. В 1921 году он вошёл в Исполнительный комитет Всемирной сионистской организации, был одним из деятелей Керен ха-Йесод, а на XII Сионистском конгрессе был вновь избран в сионистское руководство.

Позднее его политический путь резко разойдётся с линией Хаима Вейцмана. В 1923 году Жаботинский создаст молодёжное движение Бейтар, а в 1925 году — Союз сионистов-ревизионистов. Он станет основателем направления, известного как ревизионистский сионизм, требовавшего более активной борьбы за массовую алию, создание еврейской военной силы и открыто провозглашённую цель создания еврейского государства.

Для современного израильского читателя важно понимать и политическое наследие Жаботинского. Именно из ревизионистской традиции позднее вышли Бейтар, Эцель, движение Херут Менахема Бегина и значительная часть идеологической традиции современного израильского правого лагеря. Сам Менахем Бегин в молодости был руководителем Бейтара в Польше.

Жаботинский умер в 1940 году в США во время посещения лагеря Бейтара. В своём завещании он просил перенести его останки в Эрец-Исраэль только по распоряжению будущего еврейского правительства. Это произошло в 1964 году по решению премьер-министра Леви Эшколя: Жаботинский и его жена Иоанна были перезахоронены на горе Герцля в Иерусалиме.

Поэтому человек, который 4 сентября 1921 года обсуждал с украинским дипломатом создание еврейской жандармерии, был не случайным общественным активистом. К тому моменту Жаботинский уже имел собственный опыт организации еврейской самообороны и еврейских воинских подразделений. Это помогает понять, почему идея вооружённой структуры для защиты евреев Украины вполне соответствовала его политической логике.

Кто такой Максим Славинский

Максим Славинский (1868–1945) был не случайным посредником, которому поручили поговорить с Жаботинским. Это заметная фигура украинского национального движения начала XX века — юрист, журналист, переводчик, политик и дипломат.

Он родился в Ставище на Киевщине, окончил юридический и историко-филологический факультеты Киевского университета, работал в прессе и ещё до революции был тесно связан с украинской культурной средой. Вместе с Лесей Украинкой Славинский переводил на украинский язык произведения Генриха Гейне.

После революции его деятельность оказалась непосредственно связана с украинской государственностью. В 1917 году Славинский представлял Центральную Раду при Временном правительстве в Петрограде. В 1918 году участвовал в переговорах с Советской Россией, работал в системе внешней политики Украинской державы и некоторое время занимал пост министра труда.

При Директории УНР Славинский возглавил Чрезвычайную дипломатическую миссию Украинской Народной Республики в Чехословакии. Его задачей было добиваться международной поддержки УНР, развивать отношения с Чехословакией и искать политическую и военную помощь для украинского правительства. Президента Чехословакии Томаша Масарика Славинский лично знал ещё с 1911 года.

Поэтому в Карлсбаде Жаботинский разговаривал не с частным эмигрантом и не с человеком, самовольно объявившим себя представителем Петлюры. Перед ним находился глава официальной дипломатической миссии УНР, обладавший многолетним политическим опытом.

Жаботинский и Славинский к тому же были знакомы задолго до 1921 года. Славинский называл Жаботинского старым добрым другом; ещё до Первой мировой войны оба были связаны с газетой «Русские ведомости». Поэтому переговоры в Карлсбаде начались не между двумя людьми, впервые встретившимися на Сионистском конгрессе.

В собственном отчёте, составленном 16 сентября 1921 года, Славинский подробно описал ход контактов с Жаботинским, участников встреч, предполагаемую дальнейшую работу и финансовую схему будущей жандармерии. Именно этот документ позволяет сегодня восстановить переговоры значительно подробнее, чем это следует из краткого текста самого соглашения.

После ликвидации миссии в 1923 году Славинский остался в Чехословакии и преподавал историю и литературу в украинских эмигрантских учебных заведениях. В мае 1945 года, после прихода советских войск в Прагу, его арестовал СМЕРШ. 76-летнего Славинского вывезли в Киев, где он умер в Лукьяновской тюрьме.

Кто такой Симон Петлюра

Симон Петлюра (1879–1926) родился в Полтаве в семье Василия и Ольги Петлюр и был шестым из 11 детей. Семья происходила из полтавских мещан казацкого происхождения. Петлюра учился сначала в церковно-приходской школе, затем в Полтавской духовной семинарии, откуда в 1901 году был исключён на фоне участия в украинском национальном движении.

С молодости он занимался политикой и журналистикой, состоял в Революционной украинской партии, работал учителем, бухгалтером, публицистом и редактором.

Его жена Ольга Петлюра, урождённая Бельская, была педагогом и позднее участвовала в жизни украинской эмиграции. У супругов была дочь Леся Петлюра, родившаяся в 1911 году. Она писала стихи и умерла в 1941 году от туберкулёза.

После революции 1917 года Петлюра быстро оказался среди руководителей украинского национального движения. Он занимался созданием украинских вооружённых сил, был генеральным секретарём военных дел, затем стал Главным атаманом армии УНР и одним из руководителей Директории Украинской Народной Республики. Его политической целью была независимая Украина и борьба против большевистской России.

После военного поражения УНР Петлюра продолжил руководить украинскими политическими и военными структурами в эмиграции. Именно поэтому в 1921 году его правительство сохраняло дипломатические миссии за границей, в том числе миссию Славинского в Чехословакии.

Для еврейской истории Петлюра остаётся крайне спорной фигурой из-за массовых погромов 1918–1920 годов. Доказательств того, что он лично отдавал приказ проводить погромы, нет, а руководство УНР выпускало распоряжения против антисемитского насилия. Однако как глава политической власти и армии Петлюра остаётся связан с вопросом ответственности за то, что массовые убийства евреев не удалось остановить и далеко не все виновные были наказаны.

25 мая 1926 года Петлюру застрелил в Париже Шолом Шварцбард, заявивший, что мстит за евреев, погибших во время погромов. На процессе 1927 года французский суд присяжных Шварцбарда оправдал.

В современной Украине Петлюру чтут прежде всего как одного из руководителей борьбы за независимое украинское государство и одного из создателей украинской армии начала XX века. В 2026 году столетие его гибели было включено Верховной Радой в государственный календарь памятных дат.

Его имя используется и в современной украинской военной традиции: 152-я отдельная егерская бригада Сухопутных войск ВСУ носит имя Симона Петлюры.

Для израильского читателя поэтому важно понимать двойственность его образа: в украинской исторической памяти Петлюра — прежде всего один из символов борьбы за государственность и сопротивления большевистской России; в еврейской памяти его имя неотделимо от трагедии погромов и вопроса ответственности власти за массовое насилие.

Что такое Украинская Народная Республика

Украинская Народная Республика, УНР — украинское государство, возникшее после революции 1917 года на территории бывшей Российской империи.

Сначала УНР была провозглашена как автономная республика, а 22 января 1918 года объявила полную независимость.

За несколько последующих лет УНР пережила войну с большевиками, германское и австро-венгерское присутствие, смену власти на Украинскую державу гетмана Павла Скоропадского и последующее восстановление республики Директорией.

В этот период Украина стала ареной сразу нескольких войн. На её территории действовали силы УНР, большевики, белые армии, польские войска, независимые атаманские формирования и другие вооружённые группы. На фоне распада государственной власти и постоянного изменения фронта происходили и массовые еврейские погромы.

К 1921 году УНР уже не контролировала территорию Украины. После поражения в войне с большевиками её руководство, армейские структуры и дипломатические представительства продолжили работу в эмиграции — прежде всего в Польше и Чехословакии.

Это обстоятельство принципиально для понимания соглашения Жаботинского и Славинского. Речь шла не о договорённости с действующей властью в Киеве. В Киеве уже находилась советская власть. Славинский представлял правительство УНР в изгнании, которое продолжало считать себя законным украинским правительством и всё ещё рассчитывало на новый вооружённый поход и возвращение в Украину.

Именно под такой сценарий и создавался проект еврейской жандармерии: если армия УНР снова войдёт на украинскую территорию, вслед за ней должна появиться отдельная еврейская структура, способная защищать местные еврейские общины от повторения погромов.

Что решал XII Сионистский конгресс и почему Украина оказалась рядом с Палестиной

Официальная повестка Карлсбадского конгресса была далека от украинской политики. Сионистское движение решало, как перейти от дипломатического успеха Декларации Бальфура к практическому строительству еврейского национального дома.

Обсуждались британский мандат на Палестину, международно-правовое закрепление положения о еврейском национальном доме, иммиграция, приобретение земли, развитие поселений, создание собственных институтов и финансирование всего этого процесса.

Хаим Вейцман был избран президентом Всемирной сионистской организации. Большое внимание уделялось Керен ха-Йесод, созданному годом ранее и становившемуся одним из важнейших финансовых механизмов сионистского строительства.

После арабских беспорядков весной 1921 года, включая кровавые события в Яффо, отдельной болезненной темой стали отношения с арабским населением и политика британской администрации.

Внутри сионистского движения существовали разные подходы. Одни руководители делали ставку прежде всего на политические договорённости и осторожное взаимодействие с Лондоном. Жаботинский всё настойчивее возвращался к вопросу еврейской военной силы и способности защищаться.

За несколько месяцев до Карлсбада он добивался восстановления еврейского военного формирования в Палестине. Для человека, связанного с созданием Еврейского легиона, самооборона не была отвлечённой теорией: если существующая власть не способна гарантировать безопасность евреев, сами евреи должны иметь организованную силу для своей защиты.

И в Карлсбаде две реальности оказались рядом. В зале конгресса обсуждали будущее еврейского национального центра в Палестине. За пределами официальной повестки Жаботинский обсуждал со Славинским судьбу евреев Восточной Европы, которые после нескольких лет войн и погромов оставались практически беззащитными.

Жаботинский и Славинский при этом не были случайными знакомыми. Они знали друг друга задолго до 1921 года. Славинский называл Жаботинского старым добрым другом; ещё до Первой мировой войны оба были связаны с газетой «Русские ведомости».

Украинская тема также давно присутствовала в политических взглядах Жаботинского. В материале НАновости о Жаботинском и Украине мы уже разбирали его отношение к украинскому языку, украинскому национальному движению и праву украинцев на самостоятельное политическое существование.

Позднее Жаботинский значительно жёстче разойдётся с Вейцманом и руководством сионистского движения. В статье НАновости «Жаботинский против путина» мы писали о другой части его политического наследия — неприятии русификации и представления об украинцах как о части некоего единого русского народа.

Петлюры в Карлсбаде не было

Симон Петлюра соглашение 4 сентября не подписывал и при его заключении не присутствовал. Более того, Жаботинский позднее прямо писал, что лично не знал ни Петлюру, ни Владимира Винниченко и других ведущих руководителей украинского правительства.

Поэтому выражение «договор Жаботинского с Петлюрой» — удобное, но исторически неточное сокращение. Непосредственным партнёром Жаботинского был Максим Славинский, официальный представитель правительства УНР в эмиграции.

Но и противоположная версия, будто Славинский подписал какую-то частную бумагу, никак не связанную с украинским руководством, не соответствует документам. Его собственный отчёт показывает переговоры как часть политической работы УНР и подготовки к возможному возвращению украинской армии.

Подробнее этот сложный вопрос НАновости разбирали в материале о Петлюре, еврейской памяти и украинской независимости.

Как шли переговоры и какой именно должна была стать еврейская жандармерия

Кто участвовал в переговорах

Соглашение не возникло за одну встречу вечером 4 сентября. Из отчёта Славинского следует, что он приезжал в Карлсбад 29, 30 и 31 августа, а затем 3 и 4 сентября 1921 года.

30 августа состоялась конференция Славинского с Жаботинским, на которой присутствовал также украинский дипломат Роман Смаль-Стоцкий, связанный с представительством УНР в Берлине.

Дальнейшие переговоры проходили 3 и 4 сентября уже без Смаль-Стоцкого.

Украинская дипломатия пыталась решить не только вопрос жандармерии. После погромов отношение значительной части еврейского мира к УНР было крайне тяжёлым. Славинский передавал Жаботинскому украинские материалы и подготовил приветствие XII Сионистскому конгрессу, которое было оглашено в первый день съезда.

В этом обращении украинская миссия признавала, что евреи Украины в предыдущие годы пережили страшные преследования, одновременно отвергая коллективную ответственность украинского народа и заявляя о желании украинско-еврейского сотрудничества.

На последней конференции, когда проект соглашения был окончательно согласован, присутствовал британский полковник Джон Генри Паттерсон — бывший командир 38-го батальона Королевских фузилёров, одного из подразделений Еврейского легиона, в создании которого участвовал Жаботинский.

Славинский писал, что Паттерсон поддержал проект и обещал содействие. Но стороной договора британский офицер не являлся, и его подписи под соглашением нет. Современные исследователи также считают преувеличенной оценку Славинского, будто Паттерсон в тот момент обладал серьёзным влиянием на британское военное и внешнеполитическое руководство: ещё в 1920 году он оставил действительную военную службу.

Где и когда поставили подписи

Соглашение было подписано 4 сентября 1921 года в Карлсбаде, нынешних Карловых Варах, в гостинице Olympic-Palast-Hotel.

Это место прямо указано в сохранившемся тексте документа. При этом известные источники не называют конкретный номер гостиничного номера или название зала, где проходило окончательное подписание, поэтому утверждать такие детали оснований нет.

Под соглашением стоят подписи только двух человек:

• Максима Славинского — со стороны дипломатической структуры УНР;
• Владимира Зеева Жаботинского — с еврейской стороны.

На сохранившейся украинской копии после подписей имеется ещё одна архивная деталь — помета о подтверждении документа «за начальника канцелярии Директории» и неразборчивая подпись. Современным издателям документа установить имя этого чиновника не удалось.

Эта запись показывает прохождение бумаги через структуру УНР, но не доказывает, что неизвестный чиновник лично присутствовал в Olympic-Palast-Hotel во время подписания.

При каком условии жандармерия вообще должна была появиться

Документ состоял из семи основных пунктов и дополнительного условия. Это был уже достаточно конкретный проект, однако не окончательный устав готового формирования. Численность, внутренняя структура, снабжение и часть других технических вопросов должны были стать предметом последующих соглашений.

Весь проект был привязан к определённому сценарию: армия УНР снова входит на территорию Украины и занимает города и местечки.

Именно вслед за ней должна была двигаться временная еврейская жандармерия в составе государственной жандармерии УНР.

Её специальной задачей называлась защита еврейского населения в населённых пунктах, занятых украинскими войсками. Согласно пункту 7, она должна была следовать вместе с украинской государственной жандармерией непосредственно за армией, в тыловой зоне, и начинать выполнять свою задачу сразу после занятия населённого пункта с еврейским населением.

Практически схема выглядела так: войска УНР входят в город, вслед за ними появляется государственная жандармерия, а вместе с ней — специально созданное еврейское подразделение, задачей которого становится предотвращение погромов, грабежей и другого насилия против местных евреев.

Воевать против Красной армии ей запрещалось

Второй пункт соглашения устанавливал принципиальное ограничение: еврейская жандармерия не должна была участвовать в военных действиях.

Поэтому представлять проект как создание «еврейского легиона Петлюры для войны против большевиков» неверно.

Политический контекст, безусловно, был антибольшевистским. Эмиграционное руководство УНР рассчитывало вооружённым путём вернуться в Украину, и без такого похода весь проект жандармерии терял практический смысл.

Но сами еврейские жандармы не должны были участвовать в боях с Красной армией, наступать на города или завоёвывать территорию. Их работа начиналась после того, как населённый пункт уже занимали украинские войска.

Кто должен был набирать людей

Формировать подразделение должна была не армия УНР самостоятельно и не Всемирная сионистская организация.

В пункте 3 соглашения говорилось о специальной еврейской организации, которая должна была заниматься комплектованием и нести ответственность за набранных людей.

При этом в документе присутствовал прямой политический фильтр: коммунистов принимать в еврейскую жандармерию запрещалось.

Получалась достаточно чёткая граница. Подразделение не участвовало в войне с большевиками, но людей, политически связанных с противником УНР, внутрь этого формирования принимать не собирались.

В самом соглашении не была определена численность жандармерии, не существовало готового списка подразделений или окончательного перечня населённых пунктов, где они должны были размещаться. Это оставлялось для следующего этапа переговоров.

Командовать должен был еврей

Соглашение отдельно фиксировало происхождение будущего руководителя подразделения.

Во главе еврейской жандармерии должен был стоять еврейский командир, кандидатуру которого требовалось согласовать между специальной еврейской организацией и верховным командованием армии УНР.

То есть украинское руководство не могло просто назначить собственного офицера начальником «еврейской жандармерии». Но и еврейская сторона не получала права назначить командира единолично.

Формирование включалось в государственную систему УНР, сохраняя при этом собственное еврейское руководство.

Кому подчинялся командир

По вопросам общего порядка командир еврейской жандармерии должен был подчиняться руководителю украинской государственной жандармерии.

Но по своей главной специальной задаче — защите еврейского населения — он получал возможность обращаться непосредственно к начальнику Генерального штаба армии УНР либо к должностному лицу, которому в конкретной военной ситуации подчинялась вся жандармерия.

Это создавало прямой канал наверх, минуя обычную местную цепочку командования.

Такая конструкция имела понятный смысл. Если бы местное военное или жандармское руководство само участвовало в насилии либо отказывалось его прекращать, еврейский командир не должен был полностью зависеть от этого же начальства.

Какие юридические права получала жандармерия

Проект не предполагал создания частной вооружённой дружины без официального статуса.

Еврейские жандармы должны были получить все права украинской государственной жандармерии. Одновременно они подчинялись тем же законам и несли такую же ответственность за свои действия, как украинские жандармы.

По сути, речь шла о попытке легализовать вооружённую еврейскую самооборону внутри государственной системы УНР.

Где именно она должна была действовать

Документ не содержал готового списка городов — Киева, Одессы, Житомира, Проскурова, Винницы или других населённых пунктов.

Вместо этого устанавливался общий принцип: жандармерия должна начать работу немедленно после занятия войсками УНР населённого пункта с еврейским населением.

Конкретную территорию и функции предполагалось определить специальным планом.

Причём этот план должен был разработать сам командир еврейской жандармерии, после чего его утверждал Генеральный штаб УНР. В пределах утверждённого плана деятельность еврейской жандармерии должна была быть автономной.

Схема выглядела необычно: еврейский командир разрабатывает план, Генштаб УНР его утверждает, после чего еврейское подразделение самостоятельно действует в установленных этим планом пределах.

Какие гарантии должно было дать украинское командование

К семи основным пунктам соглашения было добавлено отдельное условие.

Верховное командование армии УНР должно было вновь подтвердить безусловную недопустимость любых репрессий против еврейского и христианского населения.

Запрет распространялся также на месть за события, произошедшие до прихода армии УНР. Это имело большое значение в условиях гражданской войны, когда местных жителей могли обвинить в сотрудничестве с большевиками, поддержке другой армии или участии в событиях, происходивших до возвращения украинских войск.

Соглашение пыталось заранее исключить возможность коллективной расправы под предлогом возмездия.

Случаи насилия предполагалось передавать военному суду. В его состав, «по возможности», должны были входить представители как христианского, так и еврейского населения.

Здесь важно сохранить точность: документ не гарантировал обязательного равного представительства двух общин в каждом суде. Использовалась более осторожная формулировка — участие представителей обеих сторон предусматривалось по возможности.

Кто должен был оплачивать жандармерию

Финансовая схема подробно раскрывается уже не в семи пунктах самого соглашения, а в отчёте Максима Славинского, составленном в Праге 16 сентября 1921 года.

Подготовку проекта должна была оплачивать специальная еврейская организация вне Всемирной сионистской организации.

Но с того момента, когда еврейская жандармерия вступала на территорию Украины, расходы переходили на Украинскую Народную Республику.

До входа в Украину — расходы еврейской организации; после входа в Украину — расходы УНР.

Из отчёта Славинского понятно и то, почему структуру сознательно выводили за пределы Всемирной сионистской организации. Сионистское движение объединяло людей совершенно разных политических взглядов, включая группы, близкие к коммунистам. Превращать всю Всемирную сионистскую организацию в официального участника соглашения с антибольшевистским правительством УНР никто не собирался.

Что ещё не было определено 4 сентября

Жаботинский и Славинский не подписали готовый устав полностью сформированного подразделения. Они зафиксировали принципиальную договорённость из семи пунктов и дополнения.

В конце документа оба обязались немедленно использовать доступные им возможности — каждый «в сфере своего влияния» — для практической реализации проекта. Но там же отмечалось, что технические детали должны стать предметом дальнейших соглашений.

На 4 сентября ещё не были окончательно определены:

• численность еврейской жандармерии;
• её полная внутренняя структура;
• конкретные места размещения;
• полный состав командования;
• точный график формирования;
• детали снабжения и организации.

Сам Славинский через двенадцать дней называл подписанный документ «принципиальным проектом» и предполагал, что дальнейшие переговоры будут вести представители специальной еврейской организации и ответственные представители УНР.

В итоге смысл проекта был достаточно однозначным: Жаботинский добивался не участия евреев в войне УНР против большевиков, а юридического оформления вооружённой еврейской самообороны. После опыта погромов он хотел получить от украинской стороны не очередное обещание защиты, а механизм, позволяющий самим евреям участвовать в обеспечении безопасности своих общин.

Почему соглашение вызвало скандал и почему проект так и не был реализован

В 1918–1920 годах территория Украины стала одним из главных пространств массового антиеврейского насилия в Восточной Европе.

Погромы совершали разные силы: подразделения, связанные с Директорией УНР, независимые атаманские формирования, белые армии, части Красной армии и другие вооружённые группы.

Для еврейских семей принадлежность убийц к той или иной политической стороне зачастую мало меняла результат.

Имя Петлюры заняло в еврейской исторической памяти особое место потому, что он возглавлял Директорию и армию УНР. Спор продолжается вокруг степени его личной вины, реального контроля над отдельными формированиями, приказов против погромов и эффективности наказания виновных. Но сам масштаб насилия и вопрос политической ответственности руководства страны от этого не исчезают.

Этот фон хорошо виден в истории Проскуровского погрома, о которой НАновости писали в материале о братской могиле его жертв.

Для людей, переживших подобные события, переговоры с представителем правительства, связанного с именем Петлюры, были уже не просто дипломатической комбинацией. Для части еврейского общества это становилось моральным вопросом.

Когда сведения о договорённости стали распространяться, вокруг Жаботинского начался серьёзный конфликт. В архиве Института Жаботинского сохранились материалы о консультациях во время Карлсбадского конгресса, реакции прессы и сионистских организаций, требованиях его отставки в США и Великобритании и последующем обсуждении соглашения в руководящих органах сионистского движения.

При этом реакция еврейского мира не была единодушной. Часть русско-украинских сионистских кругов в Берлине относилась к действиям Жаботинского иначе, чем его противники в Польше, США и левом крыле сионизма.

Конфликт пережил сам 1921 год. В январе 1923 года, уже на фоне значительно более широкого политического столкновения с Вейцманом и его сторонниками, Жаботинский ушёл из Исполнительного комитета и Всемирной сионистской организации.

Его собственная логика проекта при этом оставалась достаточно последовательной: если войска УНР снова входят в Украину, ещё одного приказа «не устраивать погромы» недостаточно. Нужна официальная вооружённая еврейская структура с законными полномочиями и собственным командованием.

Почему жандармерия так и не появилась

Практически реализовать соглашение не успели.

Осенью 1921 года силы УНР предприняли Второй зимний поход — последнюю крупную попытку вооружённого возвращения в Украину.

Кампания закончилась поражением. После разгрома Волынской группы и расстрела пленных украинских военнослужащих под Базаром перспектива серьёзного возвращения армии УНР на территорию Украины стала ещё менее реальной.

Поэтому утверждение, будто проект еврейской жандармерии сорвался из-за убийства Петлюры в Париже в 1926 году, плохо соответствует хронологии. Между соглашением и убийством Петлюры прошло почти пять лет.

Проект был рассчитан на новый поход армии УНР, а именно этот военный сценарий практически рухнул уже к концу 1921 года.

Убийство Петлюры и поздняя позиция Жаботинского

Политический спор на этом не закончился.

25 мая 1926 года Шолом Шварцбард застрелил Симона Петлюру в Париже, заявляя о мести за евреев, погибших во время погромов. На последующем процессе вопрос ответственности Петлюры оказался в центре международного внимания, а соглашение Жаботинского со Славинским вновь стало одним из аргументов в дискуссии.

Позиция самого Жаботинского не укладывалась ни в формулу «он полностью оправдал Петлюру», ни в противоположную — «он считал Петлюру организатором погромов».

В 1926 году Жаботинский писал, что лично Петлюру не знал и не считает ведущих деятелей украинского национального движения такого типа сознательными идеологическими антисемитами.

Однако в 1927 году он вновь вернулся к вопросу ответственности и провёл гораздо более жёсткую границу: глава правительства и армии несёт политическую ответственность за погромы, происходящие при его власти, если виновные не получают должного наказания.

Жаботинский различал личный антисемитизм, прямую организацию насилия и ответственность политического руководителя. Человек мог не отдавать приказ убивать евреев и не быть убеждённым антисемитом, но положение главы государства и главнокомандующего всё равно означало ответственность за действия армии и реакцию государства на преступления.

Карлсбадское соглашение хорошо соответствует этой логике. Жаботинский не исходил из того, что украинским властям достаточно поверить на слово. Он пытался встроить в возможное возвращение УНР отдельный вооружённый механизм защиты евреев.

И происходило это в те же дни, когда в Карлсбаде XII Сионистский конгресс обсуждал совершенно другое историческое направление — превращение Декларации Бальфура в практическое строительство еврейского национального дома, алию, Керен ха-Йесод, земельную политику, отношения с Британией и арабским населением.

Для НАНАновости — Новости Израиляих двух сюжетов и делает 4 сентября 1921 года важной датой. Жаботинский одновременно находился в центре мирового сионистского движения, занятого будущим Палестины, и пытался решить вопрос физической безопасности евреев Украины.

Где сегодня можно увидеть сам документ 1921 года

История соглашения Жаботинского и Славинского основана не только на поздних воспоминаниях и пересказах историков. Текст был опубликован ещё в том же 1921 году.

23 декабря 1921 года немецкоязычная сионистская газета Jüdische Rundschau опубликовала материал под заголовком «Jabotinskys Verhandlungen mit Petljuras Vertreter» — «Переговоры Жаботинского с представителем Петлюры».

В этом же номере был напечатан отчёт Максима Славинского о переговорах, а ниже — сам текст соглашения под заголовком «Abkommen».

Оригинальный номер газеты сегодня оцифрован и доступен в цифровой коллекции библиотеки Университета Франкфурта.

В Jüdische Rundschau №102/103 от 23 декабря 1921 года материал расположен на газетной странице 732. В цифровом PDF это шестая страница файла.

Открыть оригинальный скан Jüdische Rundschau от 23 декабря 1921 года

Копию этого номера мы также сохранили на сайте НАновости:

Jüdische Rundschau №102/103 от 23 декабря 1921 года — PDF

На скане видно начало текста соглашения:

«Abkommen. Uebersetzung: Am 4. September … 1921 in der Stadt Karlsbad im Hotel Olympic-Palast-Hotel…»

В конце документа указаны имена Maxim Slawinskyj и Wolodymyr Jabotinsky, а между началом и подписями опубликованы пункты о будущей еврейской жандармерии.

Это особенно важно для спора о том, «существовало ли вообще такое соглашение». Перед нами не современная реконструкция и не пересказ событий через сто лет, а газетная публикация декабря 1921 года — того же года, когда состоялись переговоры.

Но первоначальный оригинал пока не найден

При этом необходимо сделать важную архивную оговорку. Немецкий текст в Jüdische Rundschau обозначен как перевод.

Украинская машинописная копия соглашения сохранилась в YIVO Institute for Jewish Research в Нью-Йорке. В архивных ссылках она проходит как RG 80/134/10332–10332a. Связанная копия при отчёте Славинского от 16 сентября 1921 года — как RG 80/134/10333–10333a.

Исследователи предполагают, что самый первый экземпляр соглашения мог быть составлен на русском или французском языке, однако этот первоначальный текст пока обнаружить не удалось.

Отдельный массив документов хранится в Институте Жаботинского в Израиле. Там находятся материалы переговоров со Славинским, документы о проекте еврейской жандармерии, обсуждения соглашения в связи с Карлсбадским конгрессом, реакция прессы и материалы последующей внутрисоюзной полемики.

Поэтому историю можно проверять сразу по нескольким архивным следам: публикации Jüdische Rundschau 1921 года, материалам YIVO и архиву Института Жаботинского.

Спорить можно о политическом смысле соглашения, мотивах Жаботинского, отношении к Петлюре, ответственности руководства УНР или последствиях погромов. Но само существование документа, его дата, место заключения, имена подписантов и основные условия будущей еврейской жандармерии проверяются непосредственно по источникам 1921 года.