Россия запустила по Украине 295 дронов: в Киеве погиб 14-летний мальчик, Зеленский предупреждает об эскалации до зимы

Утро 25 сентября 2026 года Украина встретила после ещё одной массированной российской атаки. Воздушные силы сообщили о 295 беспилотниках разных типов, запущенных с вечера предыдущего дня. В Киеве российский дрон попал в жилую многоэтажку — погиб 14-летний мальчик. В Одесской области погиб человек после удара по почтовой инфраструктуре, в Запорожье повреждены медицинские учреждения. Владимир Зеленский после этих атак снова обратился к США и Европе: по его словам, Россия будет усиливать давление до зимы, если цена продолжения войны для Москвы не вырастет.

Материал подготовил Павел Швейко.

295 целей за ночь, но среди них были очень разные дроны

Российская атака началась вечером 24 сентября и продолжалась утром 25-го. По данным Воздушных сил Украины, всего было обнаружено 295 беспилотников — Shahed, «Герберы», «Бандероли»/«Дань-Т», аппараты-имитаторы и другие типы. Отдельно украинская сторона указала 52 реактивных БПЛА. К 07:30 сообщалось о 267 сбитых или подавленных целях.

Последняя цифра требует аккуратности. «Сбиты или подавлены» в украинских сводках означает две разные вещи: часть аппаратов физически уничтожает ПВО, часть теряет маршрут или возможность нормально выполнить задачу из-за РЭБ — радиоэлектронной борьбы. Для израильтянина сама аббревиатура РЭБ может быть менее привычной, чем Iron Dome или Arrow, хотя принцип в Израиле хорошо знаком военным: цель можно остановить не только ракетой, но и вмешательством в навигацию, канал управления или связь.

При этом Воздушные силы зафиксировали попадания в 16 локациях, ещё в четырёх местах — падение сбитых целей или их обломков. Это и объясняет неприятную математику большой воздушной атаки. Даже когда система уничтожает подавляющее большинство запущенных аппаратов, оставшихся достаточно, чтобы несколько городов одновременно получили реальные разрушения.

Накануне картина была почти такой же. В ночь на 24 сентября Россия применила 282 беспилотника, а вместе с ними баллистические и другие ракеты. Тогда погибли люди, были повреждены больница, жилые дома, школа, ферма, склады и другие гражданские объекты. НАновости подробно разбирали ту атаку отдельно. Получается не одиночный ночной налёт, а две крупные воздушные операции подряд.

И здесь появляется одна из деталей 25 сентября, которая легко теряется за общей цифрой 295. 52 аппарата были реактивными. Они значительно быстрее обычных винтовых Shahed, поэтому обнаружить цель недостаточно — сокращается само время, за которое расчёт должен понять траекторию, выбрать средство перехвата и успеть среагировать. В середине сентября Россия уже проводила атаку, в которой украинская сторона насчитала 46 реактивных аппаратов среди 93 целей. НАновости тогда подробно объясняли, почему реактивные дроны создают для ПВО отдельную проблему.

В Киеве удар пришёлся по многоэтажке

Около восьми утра российский беспилотник попал в 16-этажный жилой дом в Печерском районе Киева. Повреждение пришлось примерно на уровень 10–11 этажей, начался пожар. Спасатели выводили жильцов и разбирали конструкции.

Погиб 14-летний мальчик. Первые сообщения говорили как минимум о семи пострадавших, однако спасательная операция ещё продолжалась, поэтому окончательные цифры в первые часы после удара могли меняться.

Зеленский после сообщения о гибели подростка назвал этот удар лишённым военной логики. Здесь нужно оставить границу между установленным фактом и политической оценкой: попадание в жилой дом и гибель ребёнка подтверждены украинскими службами, оценка мотивов и характера российского удара — слова президента Украины.

Печерский район находится в центральной части Киева и далёк от той картины войны, которую иногда представляет себе читатель за пределами Украины: траншеи, небольшие прифронтовые города, линия боевого соприкосновения. До фронта отсюда сотни километров. Именно дальнобойные ракеты и беспилотники сделали это различие гораздо менее надёжным — человек может находиться глубоко в тылу, но воздушная тревога всё равно означает вполне физический риск для его дома.

Председатель Israel Aerospace Industries Боаз Леви совсем недавно говорил об этой же перемене, приводя рядом Украину и Израиль. Его формулировка — «следующие войны происходят в городах» — была не попыткой приравнять две войны, а описанием технологии, которая переносит фронт к жилым кварталам. НАновости публиковали подробный разбор его интервью.

Для Израиля такой механизм давно перестал быть абстракцией. Но сравнивать украинскую и израильскую ПВО процентами сбитых целей бессмысленно. Израиль меньше по площади, имеет другую архитектуру предупреждения и эшелонированную систему Iron Dome, David’s Sling, Arrow, авиацию и РЭБ. Украина закрывает гораздо большую территорию, одновременно сталкиваясь с баллистическими ракетами, крылатыми ракетами, Shahed, реактивными аппаратами и ложными целями. Общая проблема у двух стран лежит не в одинаковой системе защиты, а в другом: дешёвых целей становится настолько много, что дорогой перехватчик нельзя считать универсальным ответом.

Так НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency и рассматривают украинский опыт рядом с израильским: без попытки склеить две войны в одну, но и без искусственного разделения технологий, которые уже переходят из одного конфликта в другой.

В Одессе снова ударили по логистике, в Запорожье — по медицине

Одесская область получила свою часть ночной атаки. Украинские власти сообщили об ударах по жилой и гражданской инфраструктуре, а Зеленский отдельно упомянул повторный удар по почтовому терминалу, после которого погиб человек.

Почтовый терминал во время войны — гораздо больше, чем место, где сортируют посылки интернет-магазинов. Через такие узлы идут обычные отправления, документы, товары для бизнеса, лекарства, гуманитарные грузы. В Украине крупные почтовые операторы фактически стали частью внутренней логистической сети страны, которая продолжает работать и рядом с опасными регионами.

«Повторный удар» тоже имеет практический смысл. После первого попадания на месте могут уже находиться пожарные, медики, полиция и сотрудники предприятия. Новая атака по тому же району увеличивает риск для людей, которые приезжают устранять последствия предыдущей.

В Запорожье российские удары пришлись по медицинским учреждениям. В одном из объектов возник пожар, людей эвакуировали. Позже появились сообщения о повреждении ещё одного медицинского объекта, машин скорой помощи и гражданского транспорта. Были пострадавшие.

Запорожье — областной центр на юго-востоке Украины, но для израильского читателя важнее другое: город расположен существенно ближе к линии фронта, чем Киев. Поэтому набор угроз там шире. Кроме дальнобойных беспилотников и ракет, южные и восточные регионы Украины могут попадать в зону применения средств, для которых расстояние до Киева уже слишком велико.

По словам Зеленского, с начала суток удары и их последствия были зафиксированы в восьми областях Украины. Сообщения о раненых поступали также из Сумской и Николаевской областей.

Эти восемь областей нельзя механически сравнивать с упомянутыми Воздушными силами 16 локациями попаданий. Область — административный регион, локация — конкретное место поражения. В пределах одного региона таких мест может быть несколько.

«Пересидеть не удастся»

После атак Зеленский перешёл от сводки последствий к тому, чего Киев ждёт от партнёров. Он заявил, что во время международных встреч украинская сторона предупреждала о вероятном усилении российских атак перед зимой.

Фраза президента, вокруг которой построено его сегодняшнее обращение, звучит жёстко: россияне, по его словам, должны понять, что «пересидеть не удастся и войну нужно заканчивать». Зеленский требует реализации американских санкционных решений и дальнейшего давления со стороны Европы. Его логика состоит в том, что дипломатия сможет дать результат только тогда, когда продолжение войны станет для Москвы дороже.

Это позиция Киева, а не установленная формула окончания войны. Насколько конкретные санкции способны изменить решения российского руководства и в какие сроки, заранее определить невозможно. Но дата заявления Зеленского здесь имеет значение: оно сделано 25 сентября, сразу после нескольких дней активной дипломатии в Нью-Йорке и двух ночей массированных ударов подряд.

22 сентября Зеленский встречался с Дональдом Трампом. После разговора он сообщил, что Украина готова взаимно прекратить удары по энергетике: Киев перестаёт атаковать российские нефтеперерабатывающие и другие энергетические объекты, если Москва одновременно прекращает удары по украинской энергосистеме. Речь шла именно о взаимной схеме, а не об одностороннем обязательстве Украины. Мы подробно разбирали эту формулу после встречи Зеленского и Трампа.

Энергетическое перемирие, если до него вообще дойдут стороны, тоже не равно окончанию войны. Это ограничение конкретного типа ударов. Боевые действия на фронте и атаки по объектам, не включённым в договорённость, могут при таком сценарии продолжаться. Именно поэтому вокруг подобных предложений всегда возникает следующий вопрос: какие объекты считать энергетическими, кто фиксирует нарушение и что происходит после первого спорного попадания.

23 сентября больше 50 государств ООН, среди них Израиль, также присоединились к призыву о полном, немедленном и безусловном прекращении огня. Через несколько часов началась массированная атака 24 сентября, на следующую ночь — новая, уже с 295 беспилотниками.

Само совпадение этих событий ещё не доказывает, что Кремль назначал удары именно как ответ на заявления в Нью-Йорке. Для такого вывода нужны данные о принятии решений внутри российского военного и политического руководства, которых в открытом доступе нет. Но последовательность событий уже можно фиксировать без предположений: дипломатические заявления пока не привели к уменьшению интенсивности воздушной войны.

Зима теперь появляется почти в каждом таком разговоре

Упоминание зимы в обращении Зеленского тоже не случайная риторическая деталь. Украина входит в холодный сезон после нескольких лет российских ударов по электростанциям, подстанциям, сетям, тепловой инфраструктуре и газовым объектам. Поэтому даже предложение взаимно отказаться от атак по энергетике возникло не в вакууме.

Задача России, по оценке украинского руководства, состоит в том числе в давлении на энергосистему в момент максимального сезонного потребления. Российская сторона свои цели описывает иначе и заявляет об ударах по объектам, связанным с украинским ВПК и военной инфраструктурой. Конкретный статус каждого поражённого объекта приходится проверять отдельно: само российское или украинское заявление не заменяет такой проверки.

Одновременно меняется сама технология атак. Две ночи — 282 беспилотника, затем 295. Всё больше реактивных аппаратов. Несколько направлений запуска. Ложные цели рядом с ударными. РЭБ, мобильные группы, авиация и зенитные ракеты вынуждены работать как одна система часами, а не несколько минут после одной тревоги.

Вот здесь цифра 267 сбитых и подавленных 25 сентября выглядит уже иначе. Она говорит о высокой доле нейтрализованных целей, но не отвечает на самый неприятный вопрос этой ночи.

Один из беспилотников всё-таки дошёл до жилого дома в Киеве.

В квартире находился 14-летний мальчик.