- 13 августа, 2026
- 11:06 дп
- В Мире
Ночью на 13 августа 2026 ЦАХАЛ снес два незаконных форпоста в Самарии — один возле палестинской деревни Кусра к югу от Шхема, второй на окраине соседнего Джалуда. Оборудование было конфисковано, одного израильтянина задержали, а в район направили бойцов 51-го батальона бригады «Голани». Но главным политическим событием этой истории оказался даже не сам демонтаж.
Утром посол США в Израиле Майк Хакаби назвал действия людей, окруживших палестинские дома, «шокирующим актом терроризма» и употребил ещё более необычную для американского дипломата формулировку — «израильские террористы». Хакаби отдельно подчеркнул: ЦАХАЛ и полиция прибыли в Кусру по просьбе американской стороны.
Для НАновости — Новости Израиля эта история важна не как очередной спор сторонников и противников поселений. Виктория Кацман сопоставила хронологию событий с 9 по 13 августа, заявления ЦАХАЛа, сообщения израильских СМИ, свидетельства семей и реакцию Вашингтона, чтобы ответить на более неприятный вопрос: почему государственному решению потребовалось несколько дней и вмешательство на самом высоком дипломатическом уровне, прежде чем ситуация была фактически прекращена.
При этом мы не подменяем расследование юридическим заключением. Редакция не устанавливает самостоятельно право собственности на спорные участки и не определяет законность палестинских строений: там, где такие утверждения звучат от участников конфликта, они остаются их утверждениями. Зато последовательность действий армии, американского посла и израильского командования уже можно восстановить достаточно точно.
Что произошло в Кусре и почему это стали называть осадой?
История началась в воскресенье, 9 августа. Группа израильтян разместилась буквально у палестинских домов на окраине Кусры, установила временные конструкции и стала блокировать подъезды. Позже ЦАХАЛ сам определил созданный там форпост как незаконный и сообщил, что он находился в зоне B; для района был издан приказ о закрытой военной зоне.
Жители утверждали, что несколько суток не могли нормально входить в дома и выходить из них. Channel 13 сообщал также о перекрытии подъездных путей и отключении домов от воды и электричества.
Самая простая бытовая деталь показывает масштаб происходившего лучше политических лозунгов. В одной из семей заболела двухлетняя девочка — у ребёнка были высокая температура и рвота. Машина скорой помощи первоначально не могла беспрепятственно добраться до дома; мать с девочками удалось вывезти позднее.
В другом доме находились родственники палестино-американца Луэя Риди. Сам Риди живёт в Толидо, штат Огайо, однако родился в Кусре и уехал в США 23 года назад. Его брат Кусай и 18-летний племянник оставались внутри дома.
Риди рассказывал The Times of Israel, что уже вложил около миллиона долларов в ещё не достроенное здание. Он объяснял это не инвестиционным проектом: хотел сохранить связь двух своих дочерей с местом, откуда происходит их семья. Через камеры наблюдения в Огайо он несколько дней смотрел на происходящее вокруг дома.
Именно поэтому слово «осада» в этой истории появилось не только в политической риторике. Люди действительно оказались ограничены в передвижении, медицинская помощь была затруднена, а силовые структуры несколько дней не могли окончательно убрать находившихся возле домов активистов.
Почему первая попытка ЦАХАЛа закончилась почти ничем?
12 августа 2026 в Кусру прибыли силы ЦАХАЛа и пограничной полиции. Военные демонтировали навес, установленный возле домов, однако после сообщений о готовящейся эвакуации на место съехались дополнительные активисты.
Возникли столкновения. Дороги перекрывали камнями, силы безопасности применяли средства разгона, но полной эвакуации тогда не произошло.
Reuters сообщал, что после ухода военных находившиеся возле домов люди попытались повредить ворота одного из зданий. Жители говорили о камнях, ругани и постоянном страхе.
На этом этапе история стала проблемой уже не только для полиции. В Кусру приехал командующий Центральным округом генерал-майор Ави Блут вместе с другими высокопоставленными офицерами. Командование заявило, что относится к действиям израильских граждан против палестинской семьи со всей серьёзностью.
Появился и ещё один неприятный эпизод. Израильские военнослужащие были сняты на видео молящимися рядом с участниками форпоста вместо того, чтобы удалить их с территории. ЦАХАЛ официально объявил о дисциплинарных мерах в отношении задействованных солдат.
Это меняет смысл истории. Вопрос был уже не только в том, могут ли несколько десятков радикальных активистов поставить палатку возле палестинского дома. Вопрос оказался в другом: насколько быстро и последовательно само государство способно исполнить собственное решение, когда нарушителями являются граждане Израиля.
Вечером начальник Генштаба Эяль Замир провёл совещание по Кусре. По данным Channel 13, он распорядился прервать период отдыха и восстановления бойцов «Голани», которые должны были продолжить деятельность в Ливане, и отправить силы в Самарию.
Ночью туда прибыл 51-й батальон. ЦАХАЛ сообщил, что военнослужащие будут выполнять оборонительные задачи и патрулировать район для поддержания безопасности.
Почему слова Майка Хакаби здесь намного важнее обычной критики США?
Фигура американского посла делает весь эпизод политически необычным. Майка Хакаби трудно представить традиционным критиком поселенческого движения. На протяжении многих лет он занимал позиции, значительно более близкие к израильским правым, чем большинство американского дипломатического истеблишмента.
НАновости уже рассказывали о заявлениях Майка Хакаби о праве Израиля на территории Ближнего Востока, которые вызвали резкую реакцию арабских государств. Именно поэтому нынешняя формулировка посла весит значительно больше, чем похожие слова чиновника, известного своей постоянной критикой поселений.
На этот раз Хакаби написал, что действия против семьи были «отвратительными», назвал происходившее актом терроризма, предназначенным для запугивания и преследования людей, и добавил: оправдания такому поведению нет.
Но самая политически чувствительная часть заявления была другой.
Посол сообщил, что Вашингтон был «VERY involved» — «очень вовлечён» в попытки прекратить происходящее. По словам Хакаби, ЦАХАЛ и полиция отправились удалять находившихся там «израильских террористов» по просьбе американской стороны.
Эта формулировка создаёт для Израиля проблему, которой не было бы при обычном дипломатическом осуждении. Американский посол не просто сообщил, что Вашингтон недоволен. Он публично связал действия израильских сил безопасности с американским обращением.
Один из домов при этом принадлежит гражданину США. Израильские СМИ сообщали, что происходившее обсуждалось в Белом доме и что представители американской администрации требовали от израильских властей объяснить, почему ситуация продолжается.
Получилась довольно странная картина. Израильское государство уже считало форпост незаконным. Израильские военные уже находились в районе. Израильские командиры уже называли происходящее серьёзным. Но одновременно союзнику пришлось публично сообщать, что именно он просил израильские структуры вмешаться.
Действительно ли США заставили Израиль снести форпост?
Здесь особенно важно не превращать красивую политическую версию в установленный факт.
Хронология действительно выглядит очень показательно: осада началась 9 августа, первая операция не решила проблему, затем последовали давление из Вашингтона, совещание начальника Генштаба, переброска «Голани» и новая ночная операция. Утром 13 августа ЦАХАЛ сообщил уже о демонтаже двух форпостов.
Но последовательность событий сама по себе не доказывает, что без США Израиль вообще не стал бы действовать. У нас нет документа, приказа или официального признания, позволяющего написать: «Вашингтон приказал, Израиль подчинился».
Есть другое — и оно не менее существенно.
Американский посол сам подтвердил американское обращение, а Израиль действительно резко нарастил масштабы операции. Поэтому корректный вопрос звучит не «приказали ли США Израилю?», а иначе: почему внутренний израильский механизм оказался настолько медленным, что союзнику вообще понадобилось вмешиваться?
Ночью силы безопасности демонтировали сооружения возле Кусры и ещё один незаконный форпост возле Джалуда. Оборудование конфисковали, одного израильтянина задержали.
Channel 13 публиковал кадры операции с подписью о демонтаже форпостов в зоне B. После завершения сноса армия не просто уехала: в районе оставили бойцов 51-го батальона «Голани», что показывает опасение повторного возвращения активистов и новых столкновений.
Председатель Совета поселений Иудеи и Самарии Исраэль Ганц тоже дистанцировался от произошедшего. Он заявил, что события в Кусре серьёзны и «не являются нашим путём», что нельзя самостоятельно решать вопрос о создании форпоста во дворе дома и что насилию против непричастных или сил безопасности нет оправдания.
При этом Ганц продолжил отстаивать расширение организованного еврейского присутствия в Иудее и Самарии. Это важное различие: даже руководство поселенческого движения пытается провести границу между политикой расширения поселений и самовольным созданием форпоста непосредственно возле чужих домов.
Почему американский паспорт одного владельца оказался так важен?
История Луэя Риди делает вопрос почти персональным. Ему 46 лет, он вырос в Кусре, живёт в Огайо, управляет сетью заправок и автомоек, регулярно приезжает к семье и строит в родной деревне дом.
По его словам, участок он приобрёл несколько лет назад, получил необходимые разрешения Палестинской администрации и имеет документы на землю. Проверять земельный спор вместо соответствующих органов мы не можем, поэтому это остаётся позицией самого собственника.
Но его американское гражданство — установленная и политически важная часть истории.
Риди обращался за помощью в посольство США ещё до того, как инцидент превратился в международную новость. По его словам, первоначально ему ответили, что следует обращаться к израильским властям или Палестинской администрации.
Несколько дней спустя ситуацию уже обсуждали значительно выше, а посол США открыто заявлял об американском вмешательстве.
И тут появляется вопрос, от которого невозможно просто отмахнуться: если бы среди владельцев дома не оказалось гражданина США, дошла бы история до Белого дома, посла и американского Конгресса?
Мы не можем доказать, что ответ — «нет». Но именно возможность такого ответа и делает Кусру проблемой для Израиля.
Государственная защита закона не должна зависеть от того, лежит ли у собственника американский паспорт. Если форпост незаконный, если армия издала приказ о закрытой военной зоне, если собственные командиры называют происходящее недопустимым — механизм исполнения должен работать потому, что это решение Государства Израиль, а не потому, что из Вашингтона позвонили нужному человеку.
Это и есть израильская часть истории, которая намного шире отношения читателя к палестинцам или поселениям.
Кусра — единичный скандал или симптом более крупной проблемы?
За несколько дней до событий в Кусре были опубликованы данные израильских силовых структур, которые делают эту историю ещё тревожнее.
По данным, переданным общественной телерадиокорпорацией Kan, в первой половине 2026 года было зарегистрировано 660 серьёзных эпизодов националистического насилия со стороны еврейских экстремистов против 405 за аналогичный период 2025 года. Рост — около 63%.
Израильские силовые структуры относят такие тяжёлые преступления к категории терроризма. Число нападений на израильских военных и другие силы безопасности со стороны радикальных поселенцев также выросло: за первые шесть месяцев 2026 года зарегистрировано 45 таких случаев, примерно на 50% больше, чем годом ранее.
Это не означает, что сотни тысяч жителей поселений имеют отношение к экстремизму. Именно поэтому реакция Исраэля Ганца здесь важна: подменять небольшие радикальные группы всем поселенческим движением было бы столь же неверно, как игнорировать сами группы и масштаб роста насилия.
Но цифры объясняют, почему Кусру нельзя списать на одну палатку и несколько сумасшедших.
Когда подобные эпизоды становятся регулярными, возникает уже вопрос государственной управляемости. Для Израиля он особенно болезненный: ЦАХАЛ и ШАБАК ежедневно требуют от общества доверять им борьбу с палестинским терроризмом, разведку, задержания и предотвращение атак. Эти же институты должны иметь возможность столь же однозначно пресекать насилие, когда его источником становятся еврейские экстремисты.
Есть и прямая проблема безопасности. Каждое нападение на палестинскую семью создаёт новые мотивы для мести, облегчает вербовку радикальных организаций и заставляет ЦАХАЛ тратить силы не на предотвращение палестинских атак, а на разъединение палестинцев и израильских граждан.
А в Кусре произошло ещё кое-что.
Один из наиболее дружественных поселенческому движению американских дипломатов публично назвал участников осады «израильскими террористами». Израильский начальник Генштаба перебросил «Голани». ЦАХАЛ наказал солдат, замеченных рядом с участниками форпоста. Руководитель Совета поселений осудил самовольные действия. Два форпоста в итоге снесли.
И всё это потребовалось для прекращения истории, которая началась с нескольких временных конструкций перед жилыми домами.
Поэтому главный вывод Кусры — не в удобном лозунге «Америка заставила Израиль». Источники не позволяют утверждать это как доказанный факт.
Проблема серьёзнее. За четыре дня небольшой эпизод на окраине деревни прошёл путь до начальника Генштаба, батальона «Голани», Белого дома и американского посла. И если для выполнения собственного решения государству требуется пройти весь этот путь, вопрос уже не только в радикальных поселенцах.
Вопрос в том, кто в конечном счёте устанавливает правила в Иудее и Самарии — Государство Израиль или тот, кто первым поставил палатку и сумел собрать вокруг неё сторонников.