Израильский опыт работы с семьями павших военных для Украины: офицер групп оповещения Зои Север встретилась с украинскими специалистами в Хмельницком

В Хмельницком (Украина) прошла встреча, где израильский опыт работы с семьями погибших военных оказался не теорией, а разговором с людьми, которые ежедневно живут внутри этой боли.

Зои Север 8 июля 2026 написала о специалистах, которые сообщают семьям страшные новости, сопровождают похороны, едут на опознания и находят силы продолжать — уже пятый год войны.

Когда протокол — это не бумага, а человек у двери

«Что может сказать израильский офицер групп оповещения своим украинским коллегам?» — с этого вопроса начинается пост Зои Север, опубликованный после встречи с Тетяной Гуранской и Хмельницким районным КЗ «Ветеран ПРО».

Вопрос звучит почти технически, но ответ в посте совсем не о бюрократии.

Поделиться опытом — можно.

Рассказать о протоколах — можно.

Объяснить, как в Израиле выстроена коммуникация с семьей погибшего военнослужащего, — тоже можно.

Но есть то, чего сделать невозможно: изменить украинскую реальность.

А эта реальность — по несколько сообщений о гибели каждый день. Между ними — организация похорон и отпеваний, поездки с родными на опознание, судебно-медицинские экспертизы, постоянное взаимодействие с полицией и военными подразделениями, где служили погибшие.

Отдельная боль — без вести пропавшие, когда семья находится между надеждой, страхом и невозможностью поставить точку.

Есть родственники за границей.

Есть неполные семьи.

Есть случаи, когда одна семья за короткое время теряет нескольких человек.

И так, как пишет Зои Север, уже пятый год.

В этом тексте нет громких политических формул. Он сильнее именно потому, что показывает невидимую работу войны — не на передовой, но рядом с ней. Это работа людей, которые каждый день приходят туда, где обычный язык ломается.

Хмельницкий контекст: кто был на этой встрече

Встреча важна не только потому, что в ней участвовала израильская специалистка. Важно и то, где она проходила — в среде людей, которые уже встроены в украинскую систему поддержки ветеранов, семей погибших, пропавших без вести и пленных.

По данным Хмельницкой районной военной администрации, Тетяна Гуранська является директором Хмельницкого районного коммунального учреждения «Ветеран ПРО». 5 июля 2026 года она участвовала в совещании о деятельности специалистов по сопровождению ветеранов войны и демобилизованных лиц вместе с представителями РВА, областной ветеранской политики и территориальных громад.

Это не случайный фон для разговора с израильским офицером групп оповещения. Хмельницкий районный «Ветеран ПРО» работает не только с ветеранами, но и с семьями, которые проходят через последствия войны — гибель близких, плен, исчезновение без вести и долгую неопределенность.

В октябре 2025 года Хмельницкая РВА писала, что на Хмельнитчине уже работал 171 специалист по сопровождению ветеранов — самый высокий показатель среди регионов Украины. На том же совещании обсуждали организацию работы таких специалистов в громадах, условия труда, оборудование и выполнение должностных обязанностей.

Для этой темы цифра важна не сама по себе. Она показывает масштаб системы, которую Украина вынуждена строить во время войны: сопровождение ветеранов, помощь семьям, работа с пропавшими без вести, поддержка родных пленных и погибших.

В марте 2026 года Хмельницкая РВА сообщала о проекте «Ветеранські слухання». В таких встречах участвовали представители РВА, ТЦК и СП, громады, ветераны, члены их семей, семьи погибших, пропавших без вести и пленных защитников и защитниц, а также специалисты по сопровождению ветеранов войны и демобилизованных лиц.

То есть встреча Зои Север с украинскими коллегами была не абстрактной лекцией «из Израиля для Украины». Это был разговор с людьми, которые сами ежедневно выполняют одну из самых тяжелых функций государства во время войны.

Израильский опыт: не только сообщить, но и остаться рядом

В Израиле работа с семьями погибших военнослужащих давно стала отдельной системой. Это не просто момент сообщения. Это подготовка, точность, человеческое присутствие и дальнейшее сопровождение семьи.

Израильская система групп оповещения строится вокруг принципа личного контакта. Семья не должна узнать о гибели близкого из слухов, сообщений в соцсетях или случайного звонка. К ней должны прийти подготовленные люди, которые знают, что сказать, чего не говорить и как быть рядом в первые минуты после новости.

Для Украины этот опыт важен не потому, что его можно механически перенести. Масштаб украинской войны, география семей, количество пропавших без вести, постоянные удары российских террористов по городам и селам, нагрузка на военные и гражданские структуры — все это создает другую реальность.

Но базовый принцип остается общим: семья погибшего не должна оставаться один на один с новостью, которую невозможно принять.

Сообщение о гибели — это не административный акт. Это момент, когда государство входит в дом человека с самой страшной правдой.

И от того, как это сделано, зависит не только первое потрясение, но и дальнейшее доверие семьи к армии, обществу и тем, кто обещает быть рядом после потери.

Те, кто сообщает о смерти, тоже нуждаются в поддержке

Один из самых сильных эпизодов поста Зои Север — ее вопрос к украинским специалистам: что они делают для себя, как восстанавливаются?

Ответ был коротким: «Спим. Когда есть время».

Эта фраза говорит больше, чем любая статистика.

В Украине есть люди, которые день за днем держат на себе чужую боль, но сами почти не имеют пространства для восстановления. Они сопровождают семьи на опознания, организуют похороны, общаются с военными подразделениями, помогают родственникам, ищут ответы по пропавшим без вести и снова идут к новым семьям.

Это не героизация ради красивого текста. Это вопрос профессионального выгорания, травмы свидетеля и человеческого ресурса.

Система сопровождения семей погибших не может держаться только на личной стойкости отдельных людей. Если специалисты постоянно находятся рядом с горем, им самим нужна регулярная поддержка, супервизия, обучение и возможность хотя бы иногда выдохнуть.

Именно поэтому израильский опыт здесь важен не только как набор протоколов. Он показывает: забота о семье погибшего начинается до того, как произнесены первые слова, и продолжается после похорон.

Но забота о тех, кто приносит эту новость, тоже должна быть частью системы.

«Ветеран ПРО» как часть инфраструктуры поддержки

Хмельницкий районный КЗ «Ветеран ПРО» — это не просто площадка для встреч. По данным Хмельницкой ОВА, в июле 2025 года учреждение получило два микроавтобуса для предоставления услуг ветеранам, а также семьям погибших защитников и военнопленных. Эти автобусы оборудованы с учетом инклюзивности.

На первый взгляд, транспорт, консультации, встречи, цифровые системы, оповещения, похороны и поездки на опознание — разные вещи.

На самом деле это части одной инфраструктуры достоинства.

Локальное хмельницкое медиа «Лінза» писало, что «Ветеран ПРО» реализует программы восстановления вместе с международными партнерами. В частности, вместе с Mountain Seed Foundation организуются лагеря для семей освобожденных из плена, где сочетаются физическая активность, работа с доверием и поддержка после травматического опыта.

Это важный контекст для встречи с Зои Север. Потому что разговор о сообщении семье о гибели не существует отдельно от всей последующей цепочки помощи.

Сначала — страшная новость.

Потом — опознание, документы, похороны, разговоры с военными, юридические вопросы, психологическая поддержка, сопровождение детей, родителей, супругов.

И все это происходит не в мирной лаборатории, а во время продолжающейся войны.

Почему это важно для израильской аудитории

Для Израиля эта история звучит очень близко.

Израильское общество знает, что такое стук в дверь, военная машина у дома, офицеры, которые пришли не с обычным сообщением. После 7 октября эта память стала еще болезненнее.

Но украинская реальность, описанная Зои Север, добавляет другой масштаб.

Несколько сообщений в день.

Пятый год полномасштабной войны.

Без вести пропавшие.

Родные за границей.

Семьи, потерявшие больше одного человека.

Специалисты, которые отвечают: «Спим, когда есть время».

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency пишет об этом как об израильско-украинской теме не ради дипломатического жеста. Здесь есть реальная точка соприкосновения двух обществ, которые знают цену военной потери и понимают, что семья погибшего нуждается не в формальном сочувствии, а в точном, бережном и долгом сопровождении.

В Хмельницком этот разговор состоялся между людьми, которые говорят на разных языках, работают в разных системах и живут в разных войнах.

Но сама ситуация, в которой они оказались, понятна без перевода.

Есть новость, которую нельзя смягчить.

Есть семья, которой ее нужно сказать.

Есть человек, который должен войти в дом и остаться человеком.

И есть государство, которое обязано не исчезнуть после первого сообщения.

Тихая работа войны

Пост Зои Север важен тем, что он выводит на свет тех, кто обычно остается за кадром.

Мы чаще говорим о фронте, оружии, дипломатии, ПВО, санкциях, переговорах. Все это необходимо. Но рядом существует другая линия войны — линия семей, похорон, опознаний, ожидания пропавших без вести и людей, которые сопровождают этот путь.

Война разрушает не только дома и города. Она разрушает порядок жизни семьи. И задача таких людей — помочь семье пройти через момент, после которого прежней жизни уже нет.

Израильский офицер групп оповещения не может изменить украинскую реальность. Зои Север честно об этом пишет.

Но она может сделать то, что в таких обстоятельствах иногда важнее громких обещаний: сесть рядом, говорить, слушать и учиться друг у друга.

И, возможно, именно в этом и есть настоящая ценность этой встречи в Хмельницком.

Зои Север

Зои Север — израильская художница украинского происхождения, уроженка Львова. Она родилась во Львове в 1974 году, в 1990 году репатриировалась в Израиль вместе с семьей, а в 2001 году окончила архитектурный факультет Академии искусств и дизайна «Бецалель» в Иерусалиме. Ее работы выставлялись в Израиле и за рубежом, а сама она известна ярким, узнаваемым стилем, в котором соединяются израильские пейзажи, архитектура, память и личная история репатриации.

Но в украинском контексте Зои Север важна не только как художница. После начала российского полномасштабного вторжения она включилась в помощь Украине. Север основала фонд United People Planet и с начала войны помогала украинским военным, в том числе защитным снаряжением — касками и бронежилетами. В интервью она объясняла это личной связью с Украиной: ее бывшие одноклассники служат в украинской армии.

Еще в апреле 2022 года писали о Зои Север как об известной израильской художнице, уроженке Львова, которая после российского вторжения приняла участие в создании волонтерской группы для обеспечения украинских бойцов защитной амуницией. В том интервью она подчеркивала, что не считает себя «экспортером вооружений»: речь идет о защитном обмундировании и о спасении жизни.

Есть и еще один важный слой ее биографии, который напрямую связан с темой встречи в Хмельницком. Зои Север рассказывала, что во время службы в ЦАХАЛе была офицером, который сообщал семьям погибших военнослужащих страшную новость. Именно этот опыт — не художественный, а военный и человеческий — она теперь передает украинским специалистам, работающим с семьями погибших, пропавших без вести и пленных.

Организация NATAN Worldwide Disaster Relief указывает Зои Север как координатора Ukraine Community Resilience Center. В описании ее работы говорится, что она родом из Львова, стала гражданкой Израиля в 1990 году, служила в Армии обороны Израиля и поддерживала семьи погибших и раненых солдат. С начала войны в Украине она часто волонтерит с NATAN, работает «на земле» в Украине, проводит тренинги по кризисному реагированию и сотрудничает с местными структурами.

Отдельное направление ее работы — проект «Окно в мир». Зои Север вместе с украинскими художницами и детьми расписывает стены убежищ в школах и детских больницах Украины, превращая бетонные укрытия в более светлые и человеческие пространства. Проект стартовал в мае 2024 года и уже охватывал Киев, Харьков, Черкассы, Васильков и другие города.

Именно поэтому встреча Зои Север с украинскими специалистами в Хмельницком имеет особый вес. Она приехала не только как представитель Израиля и не только как человек искусства. В ее биографии сходятся несколько линий: Львов и Израиль, служба в ЦАХАЛе, опыт сообщения семьям о гибели военнослужащих, волонтерская помощь Украине, работа с травмой и попытка через искусство вернуть детям ощущение света даже в бомбоубежище.

Для украинских коллег это был разговор с человеком, который понимает цену протокола не по учебнику. А для израильской аудитории — еще одно напоминание, что связь Израиля и Украины сегодня проходит не только через дипломатию, но и через людей, которые в самые тяжелые моменты умеют быть рядом.