26 октября 2026 года, накануне выборов в Кнессет, бывший чемпион мира по шахматам, российский оппозиционер и правозащитник Гарри Каспаров дал резонансное интервью Ксении Светловой для израильского издания «Время Израиля». Он предупредил о российском влиянии на израильскую политику, раскритиковал позицию нынешнего правительства Израиля в отношении Украины и объяснил, почему победа Киева отвечает интересам безопасности еврейского государства.
Автор: Лев Варшавский
Главная мысль Каспарова выходит далеко за пределы предвыборной дискуссии: Израиль и Украина противостоят взаимосвязанным угрозам, а попытка сохранить политическую дистанцию между этими конфликтами выгодна прежде всего кремлю.
Россия, Иран, ХАМАС: две войны и общие интересы противников
Каспаров рассматривает войны в Украине и на Ближнем Востоке как два фронта более широкого противостояния авторитарных режимов демократическому миру.
В его картине мира россия, Иран, ХАМАС и «Хизбалла» образуют взаимосвязанную систему угроз. Китай он называет ещё одним влиятельным участником этого противостояния, действующим за кулисами.
Особое внимание Каспаров уделяет сотрудничеству Москвы и Тегерана. По его оценке, российско-иранские военные связи позволяют использовать опыт одной войны в другой. Технологии, тактика применения беспилотников, ракет и противовоздушной обороны становятся частью общего военного опыта.
Здесь необходимо отделить подтверждённое сотрудничество россии и Ирана от более широких утверждений Каспарова. Его характеристика Ирана как полностью зависимого от Москвы государства — политическая оценка, а не установленный факт.
Тем не менее сама взаимосвязь угроз давно перестала быть абстракцией.
НАновости — MaxxPro: как американско-израильская броня в украинском бою действительно спасает жизни украинских защитников
Он убеждён, что военное и геополитическое поражение россии способно изменить российскую политическую систему, ослабить её сотрудничество с Ираном и в перспективе уменьшить давление на Израиль.
По этой логике, помощь Украине — не благотворительность и не услуга Киеву. Это инвестиция в собственную безопасность.
Ранее НАновости писали о встрече украинских представителей с израильскими аналитическими центрами, на которой обсуждались российская агрессия, иранская угроза и возможности двустороннего сотрудничества в области безопасности.
Однако ослабление Москвы само по себе не гарантирует прекращения иранской поддержки террористических организаций. Такой результат остаётся прогнозом Каспарова, а не доказанным следствием возможной победы Украины.
Российская пропаганда и израильская политика
Одна из наиболее острых частей интервью посвящена попыткам кремля влиять на демократические государства.
По мнению Каспарова, путину необязательно добиваться победы какой-либо идеологии. Ему достаточно усиливать общественную поляризацию, недоверие к институтам власти и конфликты внутри западных обществ.
Израиль, считает оппозиционер, не является исключением.
Каспаров предполагает, что российская пропагандистская система заинтересована в сохранении нынешнего политического курса Израиля, поскольку неопределённая позиция по войне против Украины позволяет Москве избегать дополнительного дипломатического давления.
Он также утверждает, что кремлёвские информационные ресурсы пытаются воздействовать на русскоязычную аудиторию Израиля.
Но здесь принципиальна точность: в интервью не представлены конкретные доказательства организованной российской операции в поддержку нынешнего правительства Израиля на выборах 2026 года. Это политическая оценка Каспарова, требующая отдельной проверки.
Антисемитизм как инструмент дестабилизации
Отдельно Каспаров говорит об антисемитизме в Европе.
По его мнению, кремль использует существующие общественные противоречия, в том числе антиизраильские настроения, для углубления кризиса между Израилем и западными демократиями.
Такую тактику он рассматривает как часть более широкой российской политики дестабилизации Европы.
Но нельзя автоматически приписывать Москве каждое проявление антисемитизма или каждую антиизраильскую акцию. У этих явлений существуют собственные исторические, идеологические и социальные причины. Возможное российское вмешательство необходимо устанавливать отдельно.
Израилю предстоит определиться со стратегией
Каспаров открыто выступает за политические перемены в Израиле. Он считает, что стране необходима более последовательная внешняя политика, основанная на сотрудничестве с демократическими государствами и поддержке Украины.
При этом израильская осторожность имеет собственные причины, включая региональную безопасность и необходимость учитывать российское присутствие на Ближнем Востоке. Эти обстоятельства нельзя просто вычеркнуть из обсуждения.
Но остаётся вопрос, который после интервью Каспарова становится особенно актуальным.
Может ли Израиль эффективно противостоять Ирану, одновременно сохраняя политическую дистанцию от Украины, которая воюет с одним из ключевых партнёров Тегерана?
Каспаров отвечает отрицательно.
Именно здесь его интервью превращается из комментария к израильским выборам в разговор о долгосрочных национальных интересах.
Для Израиля важно не то, нравится ли ему Гарри Каспаров и разделяет ли он его политические взгляды. Важно другое: насколько сотрудничество с Украиной способно усилить безопасность страны и ограничить возможности тех, кто угрожает её гражданам.