«Ближний Восток» уходит в прошлое? В США предлагают смотреть на Израиль как на часть Западной Азии

Американский журнал The National Interest 12 мая 2026 года опубликовал материал Jordan McGillis под заголовком “‘West Asia’ Is the New Middle East”. Это обзор и одновременно геополитический комментарий к книге аналитика Mohammed Soliman “West Asia: A New American Grand Strategy in the Middle East”, вышедшей весной 2026 года. Главная мысль публикации звучит жестко: Вашингтону пора перестать смотреть на регион через старую формулу «Ближний Восток» и начать воспринимать его как часть более широкого пространства Западной Азии и бассейна Индийского океана.

Для Израиля эта дискуссия не академическая. От того, как США определяют регион, зависит не только язык аналитиков, но и реальная стратегия: безопасность Персидского залива, роль Индии, отношения с ОАЭ, маршруты торговли, технологические цепочки, энергетика и сдерживание Ирана.

Где и когда появилась эта идея

Публикация вышла в The National Interest — американском издании, связанном с внешнеполитической и стратегической дискуссией в Вашингтоне. Материал размещен в блоге Silk Road Rivalries и посвящен книге Soliman, который представлен как директор McLarty Associates и старший научный сотрудник Middle East Institute.

Книга обсуждалась и ранее: 12 февраля 2026 года Middle East Institute выпустил подкаст “From the Middle East to West Asia: Redefining America’s Global Strategy”, где Soliman объяснял, почему США должны отходить от логики nation-building и переходить к order-building — не к строительству государств, а к созданию нового регионального порядка. Запись подкаста была сделана 11 февраля 2026 года.

Почему спор идет не только о названии

На первый взгляд, «Ближний Восток» и «Западная Азия» могут показаться просто разными географическими ярлыками. Но в американской стратегической логике слова редко бывают нейтральными.

Термин «Ближний Восток» исторически тянет регион к европейской оптике: ближний — потому что ближе к Европе. «Западная Азия» меняет угол. В этой картине Израиль, страны Залива, Египет, Иран, Индия и Пакистан уже не выглядят отдельными фрагментами разных политических карт. Они становятся частями одного большого коридора между Средиземноморьем, Персидским заливом, Индийским океаном и Индо-Тихоокеанским регионом.

Именно это The National Interest называет новой реальностью, которую американские стратеги рискуют снова заметить слишком поздно.

Почему Индийский океан становится центром новой карты

Автор обзора подчеркивает: американская внешняя политика долго говорила о «повороте к Азии», но на практике слишком часто сводила Азию к Китаю и Тихому океану. В результате из поля зрения выпадал Индийский океан — пространство, которое соединяет Восточную Африку, Аравийский полуостров, Персидский залив, Индию, Пакистан, Юго-Восточную Азию и Австралию.

Это не пустая география. Через этот пояс идут энергоресурсы, морская торговля, продовольствие, сырье, технологические маршруты и политические союзы.

В The National Interest отдельно отмечается, что население стран вокруг бассейна Индийского океана превышает 3 млрд человек. В центре этой системы находится Индия, которая уже обошла Китай по численности населения и все активнее претендует на роль самостоятельного геополитического центра.

Что это значит для Израиля

Для израильской аудитории ключевая точка здесь — не терминология, а место Израиля в новой системе. Если раньше Израиль часто описывали через конфликт, безопасность и арабо-израильский контекст, то в логике Soliman и The National Interest страна становится частью более широкого «индо-авраамического порядка».

Это пространство, где Израиль связан не только с США, но и с Индией, ОАЭ, Саудовской Аравией, Египтом, морскими путями, технологиями, энергетикой и логистикой. В этом смысле соглашения Авраама, формат I2U2 с участием Индии, Израиля, США и ОАЭ, а также проекты региональных коридоров выглядят не отдельными инициативами, а элементами одной новой архитектуры. The National Interest прямо указывает на I2U2 как на пример такой логики.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает эту тему как важный сигнал для Израиля: страна все меньше вписывается в старую карту «Ближнего Востока» и все больше оказывается в узле между Средиземноморьем, Персидским заливом, Индией и американской стратегией сдерживания Китая.

Иран, Индия и риск большой ошибки США

Самая чувствительная часть этой дискуссии — Иран. В The National Interest предупреждают: возможная война или дальнейшая эскалация вокруг Ирана не останется внутренней проблемой «Ближнего Востока». Она может ударить по Южной Азии, Пакистану и всей системе Индийского океана.

Для Израиля это особенно важно. Израиль привык воспринимать иранскую угрозу через ракеты, ядерную программу, прокси-группы и региональные сети вроде «Хезболлы», хуситов и других союзников Тегерана. Но американская дискуссия, которую продвигает Soliman, предлагает расширить рамку: Иран — это не только ближневосточный кризис, а потенциальный разлом между Западной Азией, Южной Азией и глобальной морской торговлей.

Такой подход делает Индию еще более важным игроком. Нью-Дели не просто крупная страна «где-то рядом». Это центр притяжения для торговли, технологий, энергии и дипломатии. При этом Индия не хочет быть младшим партнером США и не собирается автоматически входить в чужие блоки. Ее стратегия — многостороннее балансирование, и именно это делает регион сложнее для Вашингтона.

Почему старая карта больше не работает

The National Interest фактически говорит американским политикам: нельзя дальше механически делить регион на «Ближний Восток», «Южную Азию» и «Африку», если реальные связи проходят поперек этих старых разделов. Газ из Катара, торговля через Суэц, индийские промышленные цепочки, израильские технологии, безопасность Залива, пакистанский фактор и китайское влияние — все это уже давно работает как единая система.

Но в статье есть и критика Soliman. Автор считает, что даже концепция «Западной Азии» может быть недостаточно широкой, потому что настоящий центр тяжести — весь бассейн Индийского океана, включая Восточную Африку и части Юго-Восточной Азии.

Это делает спор еще интереснее. Речь идет не о том, как красиво переименовать регион. Речь о том, успеют ли США, Израиль и их партнеры увидеть новую карту раньше, чем ее окончательно начнут чертить Китай, Иран, россия и другие силы, заинтересованные в ослаблении американского влияния.

Для Израиля вывод прагматичный: будущая региональная безопасность будет зависеть не только от границ с Газой, Ливаном, Сирией или Ираном. Она будет зависеть от Индии, морских маршрутов, технологических альянсов, энергетики, американской стратегии и способности Иерусалима встроиться в новый порядок не как периферия, а как один из ключевых узлов Западной Азии.