Молочные продукты в Израиле: Украина резко наращивает поставки на дорогой и закрытый рынок

Израиль за январь–июль 2026 года закупил украинской молочной продукции на $9,99 млн. Ещё по итогам первых четырёх месяцев было $4,61 млн. То есть только за май, июнь и июль поставки прибавили около $5,38 млн — больше половины всего семимесячного результата.

В среднем за январь–апрель Израиль покупал украинской молочки примерно на $1,15 млн в месяц. В следующие три месяца — уже почти на $1,79 млн. Темп вырос приблизительно на 56%. И вот здесь цифра становится интереснее самого места Израиля в украинском экспортном рейтинге: украинский молочный экспорт в целом за январь–июль сократился на 18% в годовом выражении, а израильское направление, наоборот, ускорилось.

На Израиль пришлось примерно 4,6% всей валютной выручки украинского молочного экспорта за этот период.

Но $9,99 млн сами по себе мало что объясняют израильскому читателю. Это много или мало для страны? Сколько вообще стоит молочный рынок Израиля? Какая его часть приходится на импорт? Кто уже поставляет сюда молочную продукцию — и где на их фоне находится Украина?

Для НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency Ассоциации производителей молока Украины.

Рынок на 11,7 млрд шекелей: импорт заметен, но Израиль пока кормит себя молочкой сам

Израильский рынок молока и молочной продукции — большой даже по меркам относительно небольшой страны. По данным StoreNext, продажи молочной категории в 2025 году достигли примерно 11,7 млрд шекелей. Причём за несколько лет денежные расходы израильтян на неё выросли примерно на четверть, тогда как физический объём продаж прибавил лишь около 3,4%. Проще говоря, израильтяне не стали есть на четверть больше молочки. Они стали гораздо больше за неё платить. Молочная категория занимает около 14% продовольственной корзины.

И рынок этот всё ещё очень местный. В 2025 году на Tnuva приходилось около 46,9% продаж, на Strauss — 25%, Tara — 9,4%, Gad — около 6%. Четыре производителя вместе контролировали примерно 87% денежного оборота категории. Это сразу ставит импорт на место: иностранные товары в Израиле видны, особенно в масле и сырах, но основу молочного холодильника по-прежнему формируют местные компании.

А вот с вопросом «какая доля рынка у импорта?» начинается статистическая ловушка.

UN Comtrade показывает, что в 2025 году Израиль ввёз товаров всей группы HS04 на $303,99 млн. Но HS04 — это не только молоко, масло, сыр или йогурт. Туда же входят яйца, натуральный мёд и некоторые другие продукты животного происхождения. Поэтому назвать эти $303,99 млн стоимостью импортной молочки нельзя.

Даже если специально взять всю сумму $303,99 млн как заведомо завышенную верхнюю границу и пересчитать её по среднему курсу 2025 года — около 3,453 шекеля за доллар, — получится примерно 1,05 млрд шекелей, или около 9% от розничного рынка на 11,7 млрд. Но и эти «9%» нельзя называть рыночной долей импорта. Таможня считает стоимость товара при ввозе, StoreNext — конечную цену на кассе с логистикой, работой импортёра, дистрибуцией и наценкой магазина. К тому же внутри тех $303,99 млн есть яйца и мёд. Средний курс 2025 года составлял 3,453 шекеля за доллар.

То есть корректный вывод менее эффектный, зато честный: импорт составляет меньшую часть всего молочного рынка Израиля, однако его роль очень различается от категории к категории.

С маслом это видно буквально.

В 2025 году в Израиле было продано 15,8 тыс. тонн сливочного масла. В промышленном сегменте 59% масла было импортным. Совсем другая картина у столового масла: 83% произведено в Израиле, а в розничных сетях на местное масло приходилось 74% продаж и на импортное — около 26%. Один и тот же «молочный рынок», а доля импорта меняется от четверти до более половины в зависимости от того, о каком товаре и канале потребления идёт речь.

Именно поэтому один общий процент для всей молочки скорее запутает, чем объяснит ситуацию.

Нидерланды, Польша, Франция, Италия, Испания — и где среди них Украина

Есть ещё одна проблема со статистикой. Если просто открыть HS04 и выписать страны по общей сумме, Украина неожиданно окажется гораздо крупнее, чем является на самом деле именно в молочке.

В 2025 году Израиль ввёз из Украины товаров HS04 на $39,34 млн. На первый взгляд — очень серьёзный результат. Но $22,31 млн из этой суммы составляют яйца, ещё $1,35 млн — натуральный мёд. Для статьи о молочных продуктах оба показателя надо убрать. После этого остаётся примерно $15,67 млн классической молочной продукции.

То же пришлось проделать и с другими поставщиками.

Если по данным UN Comtrade за 2025 год убрать из HS04 яйца, мёд и другие явно немолочные позиции, первая пятёрка крупных поставщиков классической молочной продукции в Израиль получается такой: Нидерланды — около $29,4 млн, Польша — $27,7 млн, Франция — $24,7 млн, Италия — $23,7 млн и Испания — примерно $23,2 млн.

Здесь хорошо видно, почему очистка данных важна. Польский показатель всей HS04 равен $52,75 млн, но почти $24,94 млн из него — яйца. У Испании общая сумма составляет $30,95 млн, однако $5,53 млн приходится на мёд и ещё $2,26 млн — на яйца. У Италии из $25,78 млн около $2,08 млн также дают яйца.

Украине мы сознательно не присваиваем номер в полном рейтинге поставщиков Израиля. Для этого надо одинаково пересчитать каждую страну, а не подобрать несколько удобных конкурентов. Но сравнение масштаба уже возможно: около $15,67 млн украинской молочки против $23–29 млн у каждого из пяти крупнейших европейских поставщиков. Разрыв есть, однако это уже не разница между большим рынком и статистической погрешностью.

И ещё интереснее то, из чего складываются украинские $15,67 млн.

В 2025 году Израиль ввёз из Украины концентрированного или подслащённого молока и сливок примерно на $8,98 млн. Сливочного масла и других молочных жиров — ещё на $6,12 млн. Сыров и творожной продукции — примерно на $572 тыс.

Получается довольно специфическая структура. Украина пока не идёт в Израиль прежде всего как «страна сыров». Основные деньги находятся в концентрированных молочных продуктах и жирах.

И здесь проходит граница между фактом и предположением. Свежие $9,99 млн за январь–июль 2026 года источник не раскладывает по товарным категориям. Поэтому нельзя взять структуру 2025-го и автоматически заявить, что нынешний скачок обеспечили именно масло или сгущённое молоко. Мы этого пока не знаем.

Можно сказать другое. Ещё в мае НАновости писали об Израиле среди покупателей украинской молочной продукции: за январь–апрель сумма составляла $4,61 млн. Теперь — $9,99 млн. Сам факт ускорения уже зафиксирован; содержимое этого ускорения станет понятно, когда появится более подробная товарная статистика.

Для украинского производителя есть и дополнительный барьер.

Израиль не является рынком, куда достаточно просто привезти дешёвый товар. Импорт продовольствия здесь по-прежнему связан с тарифами, квотами и лицензированием. Даже при наличии соглашений о свободной торговле для сельскохозяйственной продукции сохраняются специальные условия, а государство и в 2026 году распределяет квоты на импорт ряда продуктов по сниженной или нулевой пошлине.

То есть украинские $9,99 млн появились не на полностью открытом рынке.

Почему украинский импорт ещё не означает дешёвое масло в израильском супермаркете

И вот здесь история перестаёт быть только украинской.

Израиль уже несколько лет пытается ответить на неприятный вопрос: если местный молочный рынок такой дорогой и настолько концентрирован, почему просто не открыть его шире для импорта?

В 2026 году этот спор дошёл до попытки большой реформы молочной отрасли. Исследовательский центр Кнессета описывал действующую систему как сочетание производственных квот, «целевой цены» на сырое молоко, высоких импортных тарифов и государственного контроля части потребительских цен. Предлагаемая реформа должна была уйти от части централизованного планирования в сторону экономических стимулов.

Спор оказался настолько жёстким, что простой схемы «убрали барьеры — получили дешёвые продукты» не получилось. При этом действующая система продовольственного импорта никуда не исчезла: в 2026 году Министерство экономики продолжает распределять квоты, позволяющие ввозить определённые продукты без пошлины или по сниженной ставке.

А случай сливочного масла вообще неприятен для сторонников слишком простых объяснений.

После открытия рынка и отмены ценового контроля стоимость импортного масла для израильского потребителя не упала. По данным обзора исследовательского подразделения Министерства сельского хозяйства, которые приводил Calcalist, килограмм импортного масла подорожал с 37,6 шекеля в 2021 году до 65,5 шекеля в 2025-м — примерно на 75%. При этом значительная часть разницы образовалась уже после прохождения границы: совокупная маркетинговая маржа импортёров и розницы выросла до 32,3 шекеля на килограмм.

Это как раз тот кусок истории, который исчезает, если посмотреть только на экспортную таблицу.

Украинский производитель может предложить Израилю конкурентную цену. Израильский импортёр может увеличить объём закупки. Государство может дать квоту. Но между заводом в Украине и холодильником покупателя остаются перевозка, страхование, импортные процедуры, кашрут, склад, дистрибьютор и розничная сеть. В какой точке цепочки дополнительная конкуренция превратится в снижение цены — и превратится ли вообще — экспортная статистика ответа не даёт.

Поэтому рост украинских поставок важен несколько иначе. Украина добавляет Израилю ещё один источник молочной продукции на рынке, где государство пытается увеличить конкуренцию, но одновременно защищает собственное производство и сталкивается с высокой концентрацией местных игроков. Это не обещание дешёвого масла завтра утром. Это расширение самой возможности выбирать, откуда его привезти.

Есть и обратная сторона. Если импорт становится слишком дешёвым или слишком большим, израильские фермеры и переработчики предупреждают об угрозе местному производству и продовольственной устойчивости. Именно вокруг этого и шёл политический конфликт по молочной реформе 2026 года. Кнессет фиксировал спор между Минфином, который связывал существующую систему с дороговизной и ограниченной конкуренцией, и представителями отрасли, опасавшимися последствий резкого открытия рынка.

Поэтому украинская молочка входит в Израиль в довольно необычный момент. Рынок на 11,7 млрд шекелей остаётся в основном местным. В некоторых категориях импорт уже занимает четверть продаж или даже больше половины промышленного потребления. Пять крупных европейских поставщиков давно поделили значительную часть внешних поставок. А Украина, несмотря на войну и более сложную логистику, за первые семь месяцев 2026 года довела продажи в Израиль почти до $10 млн и особенно резко ускорилась после апреля.

Но самый интересный показатель появится не сегодня.

Если май–июль были несколькими крупными партиями, к концу года темп выровняется. Если же увеличение закупок продолжится, речь уже пойдёт о более глубоком изменении торгового канала между Украиной и Израилем. И тогда важным станет не очередное место Украины в рейтинге, а гораздо более практичный вопрос для израильтянина: какая часть этого роста в конце концов доберётся до полки — и отразится ли она когда-нибудь на цене.