путин подставил Трампа: сможет ли Европа заменить США в переговорах с россией

В Европе снова заговорили о прямых контактах с россией — и это уже не дипломатический шум на фоне войны, а признак более глубокого сдвига. Политика США при Дональде Трампе все меньше совпадает с интересами Европы, а попытки Вашингтона быстро вывести Украину и россию на режим тишины выглядят все более уязвимо.

В конце мая на Кипре министры иностранных дел стран Евросоюза должны обсудить, стоит ли ЕС начинать отдельный переговорный трек с Москвой и какие требования необходимо выдвигать Кремлю. Вопрос болезненный: говорить с россией, которая продолжает войну против Украины, опасно. Но делать вид, что американское посредничество остается надежной опорой, для Европы тоже становится все труднее.

Европа ищет свой голос: почему тема переговоров снова вернулась

Президент Финляндии Александер Стубб заявил, что Европе пора начать разговаривать с россией. Он не назвал конкретной даты и не предложил готовой формулы, но суть его позиции понятна: европейцы больше не могут полностью зависеть от американского подхода к войне, если этот подход перестал отражать их интересы.

Сейчас в европейских столицах обсуждают, кто именно мог бы выйти на контакт с Москвой. Это может быть отдельный посланник, группа лидеров или другой формат. Окончательного решения пока нет, и именно это показывает сложность момента: Европа понимает необходимость собственного канала, но боится создать впечатление, будто Кремль снова получает право диктовать условия.

путин быстро попытался использовать эту паузу. После московского парада 9 мая он заявил, что от ЕС в качестве переговорщика его устроил бы бывший канцлер Германии Герхард Шредер.

Такой ход выглядел не как случайная фраза, а как политическая ловушка. Шредер давно воспринимается в Европе не как нейтральная фигура, а как человек, тесно связанный с российскими государственными компаниями и лично с путинским кругом. До мая 2022 года он возглавлял совет директоров «Роснефти», а потому его кандидатура сразу вызвала резкую реакцию.

Почему Шредер стал раздражителем

Украина сразу дала понять, что такой вариант неприемлем. Министр иностранных дел Андрей Сибига заявил, что Киев не поддержит эту кандидатуру. Глава европейской дипломатии Кая Каллас высказалась еще жестче: она напомнила, что Шредер фактически сидел по обе стороны стола, оставаясь связанным с российским бизнесом.

Для Израиля эта деталь тоже важна. Израильская аудитория хорошо понимает, что посредник в войне не может быть человеком, которому доверяет только агрессор. В любой сложной конфигурации — будь то Ближний Восток, Украина или европейская безопасность — переговорщик должен быть приемлемым для обеих сторон, иначе он превращается не в канал мира, а в инструмент давления.

Именно поэтому слова Каллас прозвучали так резко: если Европа позволит россии назначать переговорщика от имени самой Европы, это станет не дипломатией, а капитуляцией перед кремлевской логикой.

Трамп хотел перемирие, но Кремль показал цену иллюзий

Трехдневное «перемирие», связанное с 9 мая, завершилось в полночь 12 мая. Назвать его настоящим режимом тишины было трудно. По словам Владимира Зеленского, в прифронтовых районах и громадах спокойствия не было.

Дональд Трамп представлял эту паузу как шанс для дальнейшего прекращения огня. Он объяснял ее символикой Дня Победы, напоминая, что Украина тоже сыграла важную роль во Второй мировой войне. Позже американский президент выразил надежду, что режим тишины может быть продлен.

Но путин оказался не заинтересован в таком сценарии. Более того, Кремль сорвал и тему крупного обмена пленными в формате 1000 на 1000, который также анонсировал Трамп. Это стало ударом не только по Украине, но и по имиджу самого американского президента: Москва фактически показала, что может использовать его инициативы, но не обязана выполнять даже минимальные ожидания.

Заявления о «конце войны» и реальность фронта

После парада в Москве путин заявил, что война якобы движется к завершению. Эта фраза быстро разошлась по СМИ, но в том же выступлении он говорил и другое: российские войска, по его словам, должны быть сосредоточены на задаче «полного поражения противника».

То есть Кремль одновременно продает миру намек на мир и продолжает риторику уничтожения Украины. Именно в этом и состоит привычная российская тактика: создать дипломатический туман, выиграть время, перегруппировать силы, а затем обвинить другую сторону в срыве процесса.

Министр обороны Германии Борис Писториус во время визита в Киев 11 мая прямо сказал, что заявления путина о возможном завершении войны могут быть очередной попыткой обмана. Если бы Кремль действительно хотел мира, он мог бы вывести войска или предложить конкретные переговоры без предварительных условий.

Эта оценка важна и для Ближнего Востока. В Израиле давно знают цену режимам тишины, которые на бумаге выглядят красиво, но на земле превращаются в передышку для перегруппировки врага. Поэтому украинский опыт здесь считывается не как чужая история, а как предупреждение.

В середине этой дискуссии НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency обращает внимание именно на главный нерв сюжета: речь идет не просто о переговорах Украины и россии, а о кризисе западного посредничества, где Европа вынуждена решать, готова ли она действовать самостоятельнее.

Если США отходят в сторону: какой сценарий остается Европе

Госсекретарь США Марко Рубио во время визита в Рим заявил, что переговоры между Украиной и россией при американском посредничестве зашли в тупик. Последний раунд, по данным материала, проходил в феврале в Абу-Даби. Киев позже предлагал встретиться в Стамбуле, но россияне отвергали такие варианты.

Затем помощник главы Кремля Юрий Ушаков заявил, что новый раунд переговоров не имеет смысла, пока Киев не выведет войска из Донбасса. Фактически Москва снова выдвинула условие, которое означает требование украинской капитуляции еще до начала разговора.

Это и есть главный тупик. Россия называет переговорами не поиск компромисса, а попытку заставить Украину признать поражение. Любой посредник, который игнорирует эту разницу, заранее играет на стороне Кремля.

Трамп, выборы и давление на Украину

Администрации Трампа нужны внешнеполитические победы перед промежуточными выборами в Конгресс. Но быстрый успех в украинском вопросе не складывается. Наоборот, российская сторона демонстрирует, что может публично подыгрывать американским инициативам, а затем разрушать их без серьезных последствий.

В материале отдельно подчеркивается, что в США растет недовольство действиями Трампа. На внутреннюю политику давят цены, конфликт на Ближнем Востоке, напряженность вокруг Ирана и ощущение, что Вашингтон теряет управляемость сразу на нескольких направлениях.

Для Европы это тревожный сигнал. Если США начнут давить на Украину ради красивой картинки к выборам, европейцам придется либо молча наблюдать, либо брать на себя большую часть ответственности за безопасность континента.

Особенно болезненно это звучит после сообщений о выводе части американских военных из Германии. Для стран Восточной и Северной Европы такой шаг воспринимается не как техническое решение Пентагона, а как вопрос доверия к американским гарантиям безопасности.

Три сценария Стубба

Александер Стубб считает, что полноценная мирная сделка в войне россии против Украины в этом году маловероятна. Он говорит о трех возможных сценариях: продолжение войны, перемирие с последующим мирным соглашением или крах одной из сторон.

По его оценке, если говорить о риске краха, то он более вероятен со стороны россии. Это важная мысль, потому что европейская дискуссия часто строится вокруг страха перед российской эскалацией, но реже — вокруг уязвимости самой российской системы.

Украина, несмотря на огромную цену войны, не выглядит сломленной. Более того, по оценке The Economist, впервые за последние три года стратегическая инициатива на поле боя начала переходить к Украине, а российский весенний наступ, на который Москва возлагала большие надежды, фактически провалился.

Это не означает быстрого финала. Но это меняет переговорную арифметику. Чем сильнее украинская армия и чем устойчивее европейская поддержка, тем меньше шансов у Кремля навязать капитуляционный сценарий под видом «мира».

Для Израиля здесь есть еще один слой. Украина противостоит россии, которая все теснее связана с Ираном — врагом и Украины, и Израиля. Поэтому европейская способность удержать давление на Москву напрямую касается не только Киева, но и всей архитектуры безопасности, включая Ближний Восток.

Финальная развилка выглядит так: Европа может ждать, пока Вашингтон снова изменит курс, а может выстроить собственную линию — с военной поддержкой Украины, санкционным давлением на россию и четким пониманием, что переговоры без силы превращаются в приглашение к шантажу.

путин хотел показать, что может выбирать Европе посредников и ставить Трампа в неудобное положение. Но в итоге он лишь ускорил вопрос, который давно назревал: способна ли Европа говорить с Москвой не голосом страха, а голосом силы.