Главный раввин Киева и Украины Моше Реувен Асман эмоционально обратился к путинским так называемым «освободителям» и опубликовал видеообращение в своих социальных сетях.
В своей речи он говорит не как политик, а как человек, сын пережившего блокаду, как духовный лидер, который видит страдания мирных людей — стариков, детей, семей, оставшихся без тепла, света и воды посреди зимы. Его слова — это прямое обвинение тем, кто разрушает гражданскую инфраструктуру и обрекает людей на холод и отчаяние.
Понимая, что значительная часть израильской аудитории не владеет русским языком (или просто не смотрит видео), мы сделали полную транскрибацию этого обращения и публикуем её в нашей статье, чтобы смысл и боль этих слов были услышаны и поняты здесь, в Израиле.
Текст обращения Моше Асмана:
«Я сейчас нахожусь в центре города-героя Киева, в самом сердце Украины.
На улице сильный мороз.Во многих домах нет электричества, отопления и воды.
Люди — старики, маленькие дети, женщины — живут в неотапливаемых квартирах, где температура опускается до опасного уровня.
Это страшно.Мне невольно вспоминается то, что рассказывал мне мой отец.
Он прошёл блокаду Ленинграда ещё ребёнком.
Он рассказывал о всех её ужасах — о страшном голоде, налётах, ежедневных бомбардировках.Но кроме этого был и лютый холод.
Зима была невыносимой.
Люди не могли согреться в своих домах.
Они умирали не только от голода, но и от холода.Я никогда не думал, что эти воспоминания моего детства однажды оживут здесь, в Киеве — в городе, который когда-то уже был атакован и оккупирован немецкими фашистами.
И сегодня те, кто прикрывается лозунгами о «денацификации Украины», на самом деле действуют точно так же, как немецко-фашистские оккупанты.
Они сознательно уничтожают инфраструктуру, как это делали во время блокады Ленинграда, обрекая людей на смерть от голода и холода.Сегодня в Киеве люди — бабушки и дедушки — находятся в этих условиях.
Наши волонтёры видят это своими глазами.
Я сам был там, в многоэтажном доме без лифта.
Туда не поступает вода, там холодно.Люди не могут выйти, не могут купить себе еду, не могут согреться.
Им нужны лекарства.И всё это происходит потому, что российские самолёты, ракеты и дроны систематически атакуют гражданскую инфраструктуру Украины, сознательно убивая мирных людей.
Недавно в Киеве спасатели приехали ремонтировать тепловую станцию — по ним был нанесён ракетный удар.
До этого медики приехали спасать и лечить людей — и по ним также ударили ракетами.
Это преступление против человечности.И поэтому я обращаюсь к тем, у кого ещё осталось чувство и способность думать, а не просто смотреть российское телевидение.
Вы сейчас совершаете то же преступление, которое когда-то совершали немецкие фашистские захватчики против народов Советского Союза.
Это то же самое зло.Вы замораживаете людей.
Вы обрекаете их на гибель.Я горжусь тем, что нахожусь здесь, на этой стороне — с героическим украинским народом.
Народом, который не готов сдаваться, не готов идти в рабство, не готов терять свою культуру, свою страну и свою землю.
Он борется — и вызывает восхищение.А те, кто пришёл лишь для того, чтобы убивать и лишать людей тепла, света и жизни, находятся на стороне тьмы.
Но свет обязательно победит тьму.Я молюсь, чтобы люди пережили эту зиму.
Чтобы они не умерли.
Чтобы дети не страдали и не болели.
Чтобы больные выздоровели.
Больницы тоже страдают, и мы помогаем, чем можем.Наши волонтёры будут помогать и дальше.
Свет обязательно победит.
Добро победит зло.А те, кто творит зло, растворятся в небытии.
Слава Богу и слава Украине.»
Именно поэтому мы сочли важным зафиксировать это обращение не фрагментами и не пересказом, а целиком — как документ времени, как голос человека, который говорит о войне не абстрактно, а изнутри человеческой боли и исторической памяти. Для израильской аудитории, которая не всегда имеет доступ к таким свидетельствам напрямую, эта транскрибация — способ услышать и понять, что происходит сегодня в Украине, за пределами сухих сводок и заголовков.
Публикуя этот текст, НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency выполняют свою задачу: доносить контекст, сохранять свидетельства и соединять израильское общество с реальностью, которую невозможно игнорировать.