- 19 февраля, 2026
- 11:40 дп
- В Мире
На заседании Совета Безопасности ООН 19 февраля 2026, посвящённом критике действий израильского правительства в Иудее и Самарии, министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар выступил с эмоциональной и жёсткой реакцией на позицию российской делегации.
Представитель РФ говорил о международном праве, оккупации, аннексии территорий и необходимости мирного решения конфликта. Ответ Саара прозвучал не в привычной дипломатической тональности.
«Было довольно забавно слышать, как представитель России говорит о законе и международном праве, об оккупации, аннексии территорий и мирном решении конфликта. Должен признаться, что мне пришлось сдерживаться, чтобы не рассмеяться вслух во время выступления», — заявил глава израильского МИД.
Фраза мгновенно вышла за пределы зала заседаний.
Политический контекст и скрытый подтекст
Почему слова Саара вызвали резонанс
Выступление стало реакцией на критику израильской политики в Иудее и Самарии. Российская сторона на заседании поднимала вопросы международного права и статуса территорий.
Риторика Саара прозвучала как прямой намёк на двойные стандарты. В условиях продолжающейся войны России против Украины подобные заявления воспринимаются в Израиле и на Западе как демонстративный диссонанс между словами и действиями Москвы.
Редакция НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency отмечает, что заявление министра стало одним из самых цитируемых фрагментов заседания. В дипломатической практике подобная ирония с трибуны Совбеза встречается нечасто.
Информационная реакция в сети
Видео с речью министра быстро распространилось в социальных сетях. Комментарии разделились: одни поддержали жёсткую позицию Израиля, другие указали на рост напряжённости в международном диалоге.
В экспертной среде обсуждают не столько эмоциональность заявления, сколько его стратегический сигнал. Израиль демонстрирует готовность публично оспаривать легитимность критики со стороны государств, которые сами обвиняются в нарушениях международного права.
Что это значит для Израиля и международной повестки
Речь Саара укладывается в более широкую тенденцию — усиление прямой риторики на международных площадках. Совбез ООН всё чаще становится пространством не только формальных заявлений, но и открытых политических столкновений.
Для Израиля подобные заявления — это сигнал внутренней аудитории о жёсткой защите национальной позиции. Для внешних партнёров — напоминание о том, что дипломатия больше не ограничивается сухими формулировками.
Заседание завершилось без резолюций, но с явным медийным эффектом. И именно этот эффект сейчас формирует дальнейшую дискуссию вокруг статуса Иудеи и Самарии, роли ООН и позиций ключевых мировых игроков.
