- 16 февраля, 2026
- 1:28 пп
- В Мире
Материал подготовлен по мотивам публикации на израильском сайте zavit3.co.il, где анализируется глобальный поворот от зависимости от импорта к стратегии локального производства. Мир слишком долго жил с ощущением, что расстояние от украинского поля до тарелки семьи в Хайфе — всего лишь вопрос логистики. Дешевле, быстрее, глобальнее.
Но череда кризисов сломала эту уверенность. Порты закрываются, маршруты становятся мишенями, страховые премии растут, правительства нервничают. И вдруг выясняется: эффективность легко превращается в уязвимость.
Продовольствие перестало быть только сельским хозяйством. Это уже часть национальной безопасности.
Глобальный разлом: от Восточной Европы до Ближнего Востока
Самый наглядный пример — война между россией и Украиной. Две страны, которые долгие годы считались одним из ключевых источников зерна, масел и удобрений, внезапно оказались зоной боевых действий.
Как только морская логистика дала сбой, многие государства увидели простую картину: зависимость от импорта — это не только экономика, это стратегический риск.
Рынки реагируют мгновенно. Цены, резервы, дипломатия, срочные переговоры. Но главный вывод политический: нельзя полностью полагаться на то, что всегда будет внешний поставщик.
На международных дискуссионных площадках по инвестициям в пищевую индустрию всё чаще говорят о смене курса — от глобализации к локализации.
Почему концепция «мирового супермаркета» больше не работает как раньше
Геополитика стала непредсказуемой. Климат тоже. Засуха, перебои с удобрениями, ограничения на экспорт, нестабильные маршруты.
Каждая проблема по отдельности управляемая. Вместе — системная.
И правительства начинают задавать другой вопрос: не где дешевле купить, а где надёжнее произвести.
Израиль как тест на устойчивость под давлением
Для Израиля переход к локальному производству — не идеология, а расчёт. Страна небольшая, зависимая от импорта, а региональные риски никуда не делись.
Поэтому разговор о сельском хозяйстве сегодня звучит как разговор о суверенитете.
Способность обеспечить население базовыми продуктами без критической зависимости от внешних каналов поставок становится частью общей модели национальной устойчивости.
Именно здесь усиливается интерес к технологиям: городское выращивание, тепличные комплексы нового типа, альтернативные белки, лабораторные разработки. Всё, что сокращает уязвимость.
Экономисты и планировщики формулируют задачу прагматично: как уменьшить вероятность шока, если глобальная цепочка внезапно останавливается.
В этой логике НАновости https://nikk.agency/ — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривают продовольственную тему не как отраслевую, а как инфраструктурную. Речь идёт о способности государства функционировать в условиях давления.
Логистика как ахиллесова пята
Большая часть продовольствия поступает морем. Это выгодно, пока маршруты стабильны. Но нестабильность стала повторяющимся фактором.
Любое осложнение мгновенно превращается в рост цен и дефицитные ожидания.
Сингапур и программа «30 к 30»
Один из часто приводимых примеров — Сингапур. Почти без сельхозземель, с исторической зависимостью от импорта, он выбрал активную стратегию изменения модели.
Цель сформулирована чётко: к 2030 году обеспечить 30% потребностей за счёт внутреннего производства.
Инструменты, которые используются
Вертикальные фермы в городской среде.
Развитие культивированного мяса и рыбы.
Повторное использование воды и ресурсов.
Государство вкладывает серьёзные средства, понимая: автономность стоит дорого, но зависимость может стоить ещё дороже.
Между экономикой и безопасностью
Локализация почти всегда увеличивает себестоимость. Это главный аргумент скептиков.
Но после последних лет приоритеты меняются. В уравнение добавляют устойчивость, контроль, управляемость в кризис.
Правительствам приходится искать баланс между поддержкой местного производства и доступными ценами для населения.
Тем не менее общий тренд очевиден: эпоха безусловной веры в глобальный рынок завершается.
Выиграют те, кто заранее создаёт внутренние возможности. Остальным придётся перестраиваться уже во время следующего кризиса.
